Проклятие для бастарда (СИ)

Получается, сегодня я должна сделать двойную работу, чтобы освободить первую половину завтрашнего дня.

С этой светлой мыслью я погрузилась в свои непосредственные обязанности. Атакующие артефакты в показанном учителем варианте можно было изготавливать почти с закрытыми глазами, настолько они были просты и понятны. Но я еще планировала сегодня создать пару штук собственных разработок, чтобы припрятать их у себя на крайний случай. Так что, весь день ушел именно на это.

К вечеру вспомнила про полученный от Райана конверт.

Вскрыв его, обнаружила довольно приличную сумму денег. Так и не поняв, за что мне такие блага выделили, решила в ближайший выходной наведаться в город и купить там материалы для изготовления своих творений. Кроме того, часть денег нужно было отдать за использованные в работе золото и алмазы для амулета Сая.

Еще до рассвета следующего дня я вылетела в сторону монастыря. Точно не зная, сколько мне понадобится времени, чтобы достичь обители, все же надеялась, что смогу оказаться там раньше Вольфа.

Заранее выяснив в атласе маршрут, старалась придерживаться выбранного пути. Когда пролетала над озером, где мы с Саем старались убрать тень с его ауры, подумала, что нужно выяснить, как у мужчины дела. Удалось ли нам решить его проблему? И поможет ли свободное использование магии вернуть его память? Или для этого нужно еще что-то?

Занятая размышлениями, я не заметила, как добралась до святой обители. На подлете к высоким башням монастыря наложила на себя иллюзию полной невидимости и направила транспорт к самому высокому шпилю.

Именно в этом здании и располагался кабинет матери Иолин.

Настоятельница еще здесь не появлялась, но к моей вящей радости окно было открыто. Уцепившись за выступающий камень на стене, присела на подоконник, оставив ноги на доске. С такой высоты весь монастырь был, как на ладони. Проведя в этом месте почти семь лет, я привязалась и к его обитателям, и к самой обители, находящейся высоко в горах. Хоть мне и было сложно осознавать себя пленницей в этих стенах, но мое вынужденное заточение нельзя было назвать мучительным.

И это место навсегда останется в моей памяти, как уединенный уголок на краю этого мира, укрывший меня от треволнений и опасностей бурного потока жизни.

За дверью раздались шаги, и я сразу же спрыгнула за окно, оставшись парить на доске под подоконником.

— Проходи, Вольф, — пригласила мать Иолин магистра. — Располагайся.

— Благодарю, — отозвался тот, занимая кресло.