Проклятие для бастарда (СИ)

События того страшного дня, когда мое счастливое и беззаботное детство закончилось безвозвратно, преследовали меня, никак не давая забыть, кто я, и чем мне это грозит. Мысли о прошедшем, как обычно, в такие моменты сами собой возникли в голове.

Шесть лет назад ворвавшиеся в наш дом воины доставили меня в уединенный монастырь Пресветлой Богини, расположенный в самом отдаленном от столицы регионе Архалона. Наша страна имела довольно суровый, ветреный климат и огромные пространства, занятые горами, плоскогорьями, зелеными холмами, озерами и реками.

Обитель Пресветлой располагалась высоко в горах. Добраться туда можно было только порталом, при том имея специальный доступ, переносы без которого наглухо блокировались.

После того, как я потеряла сознание в гостиной нашего дома, в себя пришла в какой-то небольшой комнате. Это оказалась монастырская келья. Вскоре ко мне пришла настоятельница — мать Иолин. Она была со мной приветлива и доброжелательна. Сразу стало понятно, что ей искренне меня жаль.

Но я в тот момент была зла на весь мир и в том числе на ни в чем не повинную женщину. Настоятельница объяснила мне, что совет Императора принял решение, что я буду воспитываться в этом монастыре до своего полного совершеннолетия, то есть до двадцати трех лет. И к тому времени совет во главе с Императором решит, что со мной делать.

Однако мне было плевать и на какой-то совет, и на Императора, который оказался моим отцом. У меня в голове не могло уместиться осознание того, что я, по сути, являюсь незаконнорожденной принцессой, бастардом Юстаса Ниара Карийского.

И у меня есть брат, наследный принц Ауран Августин Карийский, а так же сестра, принцесса Ридальда Лаура Карийская. Мне было не выносимо вспоминать о том, что моей мамы больше нет. И в душе поднималась волна жгучего гнева и ненависти ко всем вокруг. Кто был этот мерзкий Фрай, из-за поведения которого мама покончила с собой, я не знала, но решила, во что бы то ни стало, ему отомстить.

Мать Иолин пыталась меня разговорить, но я забилась в угол своей кровати и ни на что не реагировала.

Женщина тяжело вздохнула и позвала одну из послушниц монастыря. Представив мне девушку, как Хлою, пояснила, что теперь она будет за мной ухаживать, и по всем вопросам я могу к ней обращаться. Проигнорировав и мою надзирательницу, я уставилась в стену. Настоятельница вместе с девушкой покинули мою келью и заперли дверь снаружи на ключ. Я только горько усмехнулась.