Проклятие ульфхеднара

Каменный бок врезался в правый борт как будто вскользь, но лодка накренилась так сильно, что Ингольв едва не вывалился. Хрустнули доски, и без того немало потрёпанные неведомым морским гадом накануне. Пара из них треснули, и в щель тут же начала сочиться вода. Ещё хорошенько шеркнув кормовой частью, лодка соскочила с гранитного горба и выровнялась. Блефиди резко встал с лавки, когда вода залила им ноги.

— Да что б… — он гневно посмотрел на выступ, который уже пропадал позади. — Ещё потонуть не хватало!

— Вычерпывай! — приказал Ингольв Эльдьярну.

Они похватали ведра, что стояли у кормы, и спешно начали загребать воду и выплескивать её за борт. Только это не слишком помогало: она прибывала слишком быстро. Рагна вновь приказала садиться на вёсла и грести что есть сил. Ингольва с Блефиди уговаривать не пришлось. Рыбачка только и успевала поворачивать руль, чтобы не налететь на другие камни. Асвейг тоже схватила дорожный котелок и принялксь помогать осушать дно. Но чем быстрее шла лодка, тем сильнее загребала трещиной воду.

Это походило, как говаривали ромеи, на Сизифов труд.

Но то ли Ньёрд решил перестать над ними издеваться, то ли пришло-таки время приблизиться к берегу, но среди изрядно поредевшей пелены тумана показалась вдруг тёмная полоса земли. Ингольв с Блефиди принялись грести ещё сноровистей, хотя куда уж больше. Близость твёрдой опоры под ногами раззадорила и обнадёжила всех. Даже Асвейг позабыла, что ноги её и подол давно промокли, и встала на носу, всей позой устремившись вперёд.

Пару раз они едва не расшибли киль о другие камни, задели одним и другим бортом несколько препятствий, ромея почти вывернуло с места в воду, когда он зацепился веслом. Но берег неумолимо приближался, и показалось, даже Блефиди уже готов был кинуться в воду и добраться до него вплавь.

Вот песок зашуршал по дну. Нос лодки вздёрнулся, и вода перестала так быстро прибывать. Все на миг позастывали на местах, словно поверить не могли, что всё это закончилось.

Рагна так и осталась сидеть, сжимая пальцами кормило и шарила взглядом по пустому берегу. А потом вдруг всхлипнула и, закрыв лицо руками, заплакала. Ромей, отшвырнул весло, сразу подошёл к ней. Она забормотала, что это был самый сложный путь в её жизни, и что она теперь лучше сдохнет, чём ещё раз согласится им помогать. Змей пытался её успокоить, но девчонка, что хранила хладнокровие всю дорогу, теперь натурально впала в истерику.