Проклятый Лекарь. Том 2

Но с точки зрения социального капитала… она была золотой жилой. Её муж был вхож в самые высокие кабинеты Империи. Поддерживать с ней хорошие отношения было не вопросом медицины, а вопросом политики. Ещё один щит, ещё одна фигура на моей доске.

Палата люкс в неврологическом отделении встретила меня запахом дорогих французских духов, отчаянно пытающихся перебить стерильный запах антисептика.

На столике у окна стоял букет роз размером с небольшое дерево, а на прикроватной тумбочке — не стакан с водой, а бутылка дорогой минералки из альпийских источников.

Золотова полулежала на кровати, обложенная подушками, как императрица на троне. Рядом с ней в кресле сидел мужчина лет пятидесяти — подтянутый, с умными, цепкими глазами и в костюме, который стоил больше, чем годовая зарплата ординатора в государственной клинике.

— Доктор Пирогов! Наконец-то! — защебетала Золотова, всплеснув руками. — Николай, милый, это тот самый чудо-доктор, о котором я тебе все уши прожужжала!

Мужчина встал и протянул мне руку.

— Николай Золотов. Очень приятно. Много слышал о вас от супруги. Говорит, вы единственный, кто по-настоящему понял её сложные недуги.

Рукопожатие было крепким, уверенным — рукопожатие человека, привыкшего заключать сделки, а не желать здоровья.

Его взгляд был не дружелюбным, а оценивающим.

Наконец-то. Разумное существо в этом царстве ипохондрии. Он не верил в «чудо-доктора». Он оценивал нового человека, в которого эмоционально верила его жена.

— Интересно будет познакомиться с вами поближе, — добавил он, и это была не светская любезность, а приглашение к будущему, возможно, деловому разговору. — Но, к сожалению, сейчас я должен спешить на заседание правления. До свидания, доктор.

Он коротко поцеловал жену в лоб и вышел, оставив меня наедине с её «недугами».

Не успела за ним закрыться дверь, как Золотова начала свой спектакль.

Я взял её карту и углубился в чтение, используя это как щит от потока её жалоб.

Это был не анамнез. Это был скверный медицинский роман.

«Колющая боль в левом мизинце, иррадиирующая в правое ухо», «внезапная слабость после просмотра грустной мелодрамы», «ощущение, что череп сейчас треснет, но только по вторникам».