Проклятый Лекарь. Том 2

Впрочем, надо бы на днях отправить Костомара в ночной рейд — его костяные пальцы сумеют вскрыть любой замок, и он вынесет книги незаметно.

А пока пришлось начинать жизнь с чистого листа. Поймав такси, я первым делом велел остановиться у ближайшего магазина. Пришлось потратить часть выигранных денег на самое необходимое: смену белья, пару простых рубашек, брюки, ну и пару нарядов для маскировки Костомара. Скромный набор для старта в новой цитадели.

Костомар ехал со мной в машине, закутанный в широкий плащ с капюшоном.

Квартира на чердаке превзошла все ожидания. Снова!

Это было не просто жильё. Это была идеальная база. Высокие потолки с могучими балками из тёмного, векового дерева, огромные круглые окна во всю стену, из которых открывался вид на путаницу крыш старой Москвы и, что самое главное — отдельный кабинет для моих будущих ритуалов и исследований.

А ещё здесь была тишина.

Никаких пьяных песен бандитов до утра, никаких внезапных ночных визитов с ножевыми ранениями и обысками. Я был дома. В своей новой цитадели.

Костомар немедленно принялся за дело. Он не восхищался видами. Он, как и подобает идеальному дворецкому, сразу увидел фронт работ. Провёл костяным пальцем по пыльному подоконнику с таким видом, словно обнаружил ересь в святилище.

— Я ем грунт, — довольно пробурчал он, оценивая масштаб предстоящей уборки.

— Развлекайся, — усмехнулся я, опускаясь в кожаное кресло.

Ночь прошла идеально.

Впервые за долгое время я спал глубоко, без сновидений, не прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Никаких скрипов, вздохов или потусторонней музыки.

Старик-арендодатель либо сам верил в эти сказки, либо был плохим маркетологом.

Но утром, едва я открыл глаза, меня встретил возмущённый Костомар. Он стоял у моей кровати, скрестив костяные руки на груди, и терпеливо ждал, пока я проснусь.

— Я ем грунт! — интонация не оставляла никаких сомнений в его крайнем недовольстве.

— Я ем грунт, — он ткнул костлявым пальцем в потолок. Потом демонстративно зевнул, хотя челюсти у него не двигались. Потом сложил ладони лодочкой, приложил к черепу сбоку и закрыл пустые глазницы.

— Ты скелет. Ты не спишь. У тебя нет мозга, чтобы обрабатывать сны, и ушей в привычном понимании, чтобы слышать скрипы. Ты. Не можешь. Спать. По определению.