Проклятый Лекарь. Том 2

— Я мог бы прямо сейчас извлечь и тот старый осколок, что вас мучает, — предложил я как бы невзначай.

Его благодарность за обработку свежей раны была слабой, почти незаметной. Но избавление от многолетней, хронической боли… о, это была бы совсем другая история. Солидная, качественная порция Живы, которая мне сейчас так необходима.

Долгоруков на секунду задумался, но потом покачал головой.

— Нет, док. Не сегодня. У меня нет на это моральных сил. Единственное о чем я мечтаю —это прийти домой и напиться. Да и плечо должно сначала зажить после этого, — он кивнул на свежую повязку.

Он поднялся, разминая здоровое плечо.

— Жаль, — подумал я. — Очень жаль.

Придётся искать другой источник.

Аглая и барон тепло попрощались и девушка направилась к палате отца — дежурить у его постели до начала операции.

Мы вышли на пустынную улицу к его внедорожнику. Ночная прохлада приятно остужала разгорячённое лицо.

— Давайте помогу с вашим… «реквизитом», — сказал Долгоруков с кривой усмешкой.

Мы вместе открыли багажник.

Костомар лежал там, свернувшись в немыслимую позу, изображая абсолютную неодушевлённость. Мы аккуратно выгрузили его на тротуар, а затем я забрал тяжёлый рюкзак с книгами.

Всю эту операцию Костомар оставался совершенно неподвижен.

— Надо же, — Долгоруков обошёл скелета кругом, с неподдельным интересом разглядывая его. — А оживает он от вашей магии?

— Всё верно, — пожал плечами я.

Он подошёл ко мне и крепко, по-мужски, пожал руку.

— Спасибо, док. За всё. За Свиридова, за моё плечо… и за то, что вернули веру в то, что в этом мире ещё случаются чудеса.

— Берегите себя, барон, — ответил я.

Он сел в машину, бросил последний, долгий, задумчивый взгляд на неподвижно стоящего Костомара и уехал, растворившись в ночи.

Только когда красные огни его внедорожника скрылись за поворотом, я повернулся к своему «реквизиту».

— Я ем грунт? — тут же ожил Костомар, вопросительно склонив череп. В переводе: «Всё в порядке?».

— Всё в порядке, — кивнул я. — Иди домой через чёрный ход. Отнеси книги и жди меня. Ты сегодня отлично поработал.

Услышав похвалу, Костомар, казалось, выпрямился ещё больше. Он подхватил свой огромный рюкзак и, не издав ни звука, скользнул в тень переулка, как настоящий призрак.

Я остался один в огромном, пустом и гулком переулке.