Проклятый род

Зрение потеряло четкость, словно мой мир раскалывался и никак не мог собраться в единое целое. Стало страшно: «Я так не хочу их терять…»

– Гелия, что произошло?! – сильные руки встряхнули за плечи в попытке привлечь мое внимание. – Эйссарри! Очнись! Да что здесь происходит?! Сайенар, она вся горит! У нее бред! Алишер, что ты с ней сделал?! Ты дал слово, что не причинишь девочке вреда! Гелия, малышка? – в голосе хранителя слышалась тревога и паника. – Сайенар!!!

Мягкие руки подняли мое лицо, заставляя посмотреть в фиолетовые глаза оборотня.

– Шерриссар! Быстро отнеси ее на улицу! Она сейчас обернется! Скорее, уже нет времени!!!

Рывок, падение в невесомость, и меня опускают на землю. А потом мир все-таки раскололся…

Проследив взглядом, как демон выносит девушку, оборотень развернулся и встал на пути у анарийца.

– Что ты ей сказал? – Фиолетовые глаза застыли кусочками льда и ничем не уступали по холодности зеленым глазам снежного волка.

– Ничего! Я старался вести себя осторожно.

– Тогда почему ее душа плачет? В чем она себя винит? Почему считает себя монстром?

– Не знаю! Сначала все было хорошо, а потом у нее началась истерика!

– Она вспомнила наш вчерашний разговор, но я не думал…

– И что же вчера ты сказал нашей девочке? – в голосе оборотня проскользнули угрожающие нотки.

– Что она тварь, способная подстраиваться под каждого самца, находящегося рядом с ней. Что она привязала вас с помощью магии, и вы видите только то, что хотите видеть. – Снежный лорд сжал кулаки. Его лицо было похоже на застывшую маску.

– Да как ты мог?! Ты хоть понимаешь, что сейчас творится в ее голове! Первый оборот – это потеря контроля над чувствами и эмоциями. Нас учили, а она даже не понимает, что сейчас с ней происходит! Ты… – Оборотень не успел договорить, шум со стороны парка привлек его внимание. – Началось! Надеюсь, котенок, ты прислушаешься к своему сердцу и не наделаешь глупостей, – прошептал рысь, выскальзывая из комнаты и перемахивая через перила. Следом за оборотнем совершил прыжок огромный белый волк, в его зеленых глазах плескалась боль.

Она лежала в позе эмбриона. Ослепительно-белая, грациозная, красивая. Длинная гибкая шея, клиновидная голова, прижатые к телу огромные крылья с нежной полупрозрачной перепонкой. Но вот веки дрогнули, и новорожденная драконица пошевелилась, открыв синие, с вертикальным зрачком, огромные глаза. Приподняв голову, шумно вздохнула и попыталась встать. Тело еще плохо слушалось, ноги подгибались, хвост путался, крылья мешали.