Проклятый род

Затем, аккуратно ссадив меня на кровать, резко встал и, повернувшись ко мне спиной, глухо заговорил:

– Прошу прощения за недостойное поведение, Гелия! Просто, мои звериные инстинкты иногда сильнее меня, их очень трудно контролировать. В отличие от других видов, большую часть информации мы извлекаем из запаха: у каждого свой – это основа, индивидуальная и неповторимая. В зависимости от обстоятельств аромат меняется: страх, вожделение, радость, болезнь и так далее, но основа остается неизменной. От этого во многом и зависит наше восприятие, основанное на инстинктах.

Я, не перебивая, внимательно слушала пояснения шейгана, впервые так долго и открыто со мной разговаривающего.

– Когда я впервые попытался получить о тебе информацию с помощью обоняния, у меня ничего не вышло, – продолжил рысь.

– Почему? – удивленно спросила я. А про себя подумала: «Может, поэтому он так презрительно морщился? Потому что от меня ужасно воняло?»

– Трудно получить информацию об объекте, не имеющем своего запаха, – после этих слов Сай резко повернулся в мою сторону.

Наклонив голову набок, мужчина стал пристально следить за моей реакцией. – Пахла твоя одежда, волосы, тело, но это искусственные запахи, сама же ты была бесцветной. Нет, – вскинул оборотень руки в знак протеста, видя, что я собираюсь возмутиться, – я не говорю о внешности, хотя здесь тоже есть вопросы, я говорю о бесцветности твоего аромата.

– Ты начал говорить что-то про щенка, и что я не человек, – напомнила я лорду.

– Я не понимаю в полной мере, что произошло, – пояснил рысь, – но после встречи с эмиссаром твой запах изменился.

Ты пахнешь новорожденным щенком, ни разу не познавшим вкус материнского молока. И хоть ты не из моего клана, я не понимаю, почему у моего зверя такая странная на тебя реакция.

Вот теперь я точно в ступоре. Я для этого красавчика всего-навсего детеныш. Именно так он меня теперь воспринимает. А как относятся взрослые особи к детенышам? Правильно, их оберегают, защищают и воспитывают, потому что инстинкт защиты потомства один из самых сильных в любом мире.

Представив этого надменного лорда в роли моей невольной няньки, я сначала улыбнулась, а затем зашлась в приступе неконтролируемого смеха. Кажется, у меня истерика. Это и немудрено, столько событий за такое короткое время.

– Сай, не смотри так, – выдавила сквозь смех, – я не сошла с ума.

– И что же так тебя рассмешило, если не секрет? – спросил мужчина раздраженным голосом.

– Твое недавнее поведение.