Пожалуйста, не вмешивайтесь!
Оглянулась на своих лордов, чувствуя порыв демона и волка забрать меня поближе к себе, подальше от чужака. Перевела взгляд на клинок, стараясь сосредоточиться и почувствовать нашу с ним связь: «Нагира, помоги! – провела пальцами по острию голубоватой холодной стали, оставляя свою кровь в дар. – Не дай мне потерять моего дракона». – Снова провела, нанося более глубокие порезы. – «Не дай почувствовать то, что чувствовала ты. Мне нужен седьмой хранитель.
Мне нужна моя сила. Я хочу стать сильнее!!!» – Полоснула по ладони, заливая кинжал своей кровью: – Нагира! Анарин! Вы должны меня понять! Кто, как не вы? Прошу! – это я проговорила вслух, всем сердцем желая получить эту связь.
«Глупый ребенок, это не в моей влас-с-сти, он не твоя судьба. – По голубой стали пробежали золотистые руны, оставляя за собой гаснущий свет. – Ты должна выполнить свое предназначение, девочка. – Клинок нагрелся, начиная дарить мне свое тепло, глубоко проникающее в душу, впитывая мою кровь и заживляя раны.
– Когда найдеш-ш-шь своего пос-с-следнего лорда, ты поймеш-ш-шь, что он этого с-с-стоит. Многое поймеш-ш-шь. А пока борись! – Рубин на рукояти полыхнул так, что я чуть не выронила кинжал из рук. – Ты ведь гораздо сильнее, чем думаеш-ш-шь! Пришло время убрать одну из твоих печатей, малыш-шка. Терпи!»
Внезапно, драконы на рукояти Эграна ожили и переплелись в обратную сторону.
Рубин полыхнул, выпуская из себя кровавый луч, ударивший меня в область сердца, раскаленным прутом выжигая что-то внутри. Ослепленная и оглушенная, задыхаясь от боли, почувствовала, как первым меня подхватил Кирран, не давая упасть, и прижал к себе. Другие лорды тоже оказались рядом. Я чувствовала их руки на моем лице и теле, слышала встревоженные голоса, но не могла ответить и объяснить. Я сгорала от бушующего внутри меня огня.
Поэтому и раскрыла свое сознание для эссина, чтобы он все узнал и успокоил моих лордов. Как только я это сделала, почувствовала мягкую ласку его тьмы и ее ледяное дыхание. Она начала меня успокаивать и убаюкивать, уводя за собой, забирая мою боль, гася пламя, терзавшее мое тело. Но мне было этого мало, огонь до конца не погас, и я инстинктивно потянула тьму на себя, чтобы избавиться от мучений.
