Проклятый род

Снова укус… И точка чуть ниже… Еще ниже… Еще…

А в это время эссин вплотную занялся моей грудью, перекатывая пальцами чувствительную горошину соска, вызывая острые волны наслаждения. Другую руку мужчина опустил мне между ног, где давно все пылало и пульсировало, и стал надавливать на совершенно другие точки, скользя пальцами по возбужденной плоти: «Это уже было с-с-слишком».

Пламя внутри меня билось, не находя освобождения. Тело давно сотрясалось в сладких конвульсиях. Мои стоны, наверное, разносились по всему дворцу, но мужчины не спешили давать мне разрядку, меня подготавливали к двойному проникновению: я должна по-настоящему захотеть своих лордов и добровольно позволить войти в свое тело без страха и сомнений.

Полностью раскрыться и слиться со своими супругами не только телом, но и душой, и силой. Причем мой первый полет должны почувствовать все лорды без исключения через ментальное слияние.

Застонав, убрала все щиты и послала по узам часть моего огня и желания. Ответный отклик хранителей ненадолго увел меня в астрал.

Вот это голод!!! Тело задрожало в предчувствии оргазма, но мне не позволили его достичь. Руки убрали, ласки резко прекратили, да еще и холодной тьмой коснулись, приглушая ощущения, возвращая в реальность.

«Вы садисты! Оба! Да сколько ж можно! Теперь-то что?! – Их бы так обломать! Казалось, мне не хватает воздуха и я не могу отдышаться. Внутри все просто ныло в болезненных пустых спазмах. – Точно садис-с-сты!»

– Ты с-с-слишком торопиш-ш-шься, любовь моя. – На меня посмотрели черные глаза с вертикальным зрачком, затуманенные страстью.

 – Ты еще не готова.

Надавили большим пальцем на губу, заставляя замолчать.

– Полукровка, а ты горячая девочка! – Лейнарр обнял со спины. – В кровать? – Вопрос эссину.

– Да! – На лице Киррана расплылась хищная улыбка, заставившая мое сердце сладко сжаться. – Только пусть потом тебе не жалуется.

Движение, и белый дракон уложил меня на шелковые, прохладные простыни. А потом склонился и поцеловал, позволяя пить не только тепло его губ, но и свою энергию жизни, которая, смешиваясь с моим источником, начала будить во мне что-то новое, неизведанное, непостижимое.

Каждая клеточка моего тела с радостью принимала этот дар, напитываясь светом, а потом возвращала супругу обратно, усиливая его многократно. Но я чувствовала, что могу дать больше, гораздо больше, если бы меня не сдерживала моя последняя печать – девственность.

Лейнарр застонал и попытался коленом раздвинуть мои ноги.