Проклятый род

Смазанная тень, мелькающая сталь, стоны и хрипы умирающих, вой раненых и посреди этого безумия обнаженная фигура темного ангела, заляпанного с ног до головы чужой черной кровью…

– Не смотри, малыш-шка, не надо, – прошептал Нэй, отгораживая меня своим крылом от страшной бойни, устроенной демоном. – Он не хочет, чтобы ты видела его таким.

– Т-ты прав, – запинаясь, произнесла я, выходя из ступора. – Нужно спешить!

Сейчас не время для эмоций. Это нападение. И если не мы их, то они нас. Крови я не боялась. Смерть тоже видела: посещение моргов и препарирование трупов все-таки меня немного закалили.

Но вот так, воочию, увидеть, как у живых существ отлетают отсеченные головы и конечности, это скажу я вам, не для слабонервных.

Подхватив меня на руки, вампир расправил крылья и взмыл вверх. Недолгий полет, и мы зависли над нашей поляной. Внизу кипело яростное сражение. Многие воины, сменив ипостась на звериную, клыками и зубами рвали врага, орошая землю своей и чужой кровью.

Как мог произойти такой прорыв? Кто осмелился бросить вызов черным драконам? Что стало с другими девушками? Как эмиссар допустил подобную бойню?

Накатившая волна жгучей боли заставила забыть обо всем.

Серебряная нить начала истончаться, оставляя в душе ужасное чувство потери и пустоты.

– Нет! – вскричала я, с ужасом в голосе. – Нэйлар! Мы опоздали! Сайенар!!!

– Держись! – резкий рывок вниз, куда вела наша связь, и вот я увидела очертания знакомого серебристого тела, заляпанного кровью и грязью, утыканного древками стрел.

Оборотень неподвижно лежал среди тел убитых врагов. Рядом сражались уцелевшие воины из разных кланов, защищая своего господина и лорда. Нас не узнали, две серебристые молнии метнулись наперерез, но были отброшены силовой волной. Поставив меня на землю, вампир скомандовал: – Иди, – а сам вступил в бой, помогая оставшимся воинам обороняться от степняков. Неожиданная помощь в лице древнего вампира зажгла в глазах обреченных людей и нелюдей надежду. Заметив меня, несколько оборотней расступились, пропуская к своему лорду.

Слепая и глухая, не замечая никого и ничего, я шла к нему, к моему прекрасному хранителю. Упав на колени, обхватила за мощную шею и, уткнувшись в мокрый от крови мех, зарыдала.

Серебряная струна оборвалась. Сайенар, мой нежный хранитель. Мягкая, теплая улыбка. Хитрый прищур фиолетовых глаз. Заботливое прикосновение сильных рук, ласковое «мой котенок».

– Нет, – прошептали губы.

– Не отдам, – заплакало сердце.

– Мой, – подсказала душа.