Проклятые

Но самое невыносимое было то, что не было Мэтта. И она чувствовала себя такой одинокой, такой несчастной. Она горько плакала, чувствуя в сердце нестерпимую мучительною боль, мечтала поскорее проснуться и снова увидеть любимую неугомонную Эмми, нежную Розу, суетливую Мадлен… и прекрасного Мэтта. Проснуться и понять, что это всего лишь сон, кошмар. А на самом деле все живы, здоровы… что она счастлива, а ее слезы и боль — всего лишь сон.

Она часто навещала маму, которая по-прежнему жила в мотеле. Элен была красавицей, с золотистыми вьющимися волосами, большими голубыми глазами, и Кэрол ею восхищалась.

Она была здоровой женщиной, не увлекалась спиртным и завязала с интимными услугами для постояльцев. Она была приветлива и ласкова с Кэрол, и даже целовала ее, радуясь визитам дочери.

Элен не возражала тому, что Кэрол живет с Эмми. И Кэрол не боялась ее. Мама исправилась, вылечилась. И между ними все наладилось.

А однажды к ним с Эмми в хижинку пришел Тимми. Не смотря на то, что он был совсем другой, девочки сразу его узнали.

Они были шокированы и не могли поверить собственным глазам. Их маленький Тимми превратился в высокого рослого юношу, почти мужчину, одетого в военную форму. Девчонки глазели на него и не могли понять, как могло такое произойти, и когда он успел вырасти, если сами они еще девочки. А он только смеялся над ними и ничего не объяснял.

— Ведь ты же младше нас на два года! Как ты мог нас так перегнать? — не отставали Кэрол и Эмми. — И где ты пропадал все это время? Почему нарядился в военную форму?

— Потому что я теперь солдат, — с гордостью отвечал он.

 — Я — настоящий мужчина. И ты никогда больше не назовешь меня трусишкой, Эмми.

А Кэрол наклонялась к подружке и украдкой шептала на ухо:

— Помнишь, как он мечтал поскорее вырасти, стать высоким и сильным? Похоже, его мечта сбылась.

Эми оставалось только пожимать плечами и без конца повторять:

— Чудеса, да и только!

А Кэрол смотрела на Тимми и думала о том, что именно таким она его себе представляла в будущем.

Он по-прежнему был похож на ангела, даже в форме. Как странно, но их маленький ангелочек теперь был взрослым ангелом. В его глазах было чистое бескрайнее небо, в волосах блестели, переплетаясь, лунные и солнечные лучики, серебро и золото. Почему-то Кэрол стало очень грустно, пока она им любовалась. Он собрался уходить, как они его не умоляли остаться.

— Я не могу. Я должен вернуться, мое место не здесь, — сказал он, и вдруг протянул руку Кэрол. — Пойдем со мной.