Проклятые

Сколько она мучилась, сколько переживала, боясь даже думать о том, чтобы попробовать разыскать Мэтта, считая это невозможным, а Джеку Рэндэлу понадобилось всего два дня, чтобы сотворить это чудо!

Красивая дубовая дверь приоткрылась, и Кэрол увидела, как он отступает назад, чтобы дать ей дорогу.

— Проходите, Кэролайн.

Девушка нерешительно вступила внутрь квартиры. Рэй был прав, когда говорил о самом здании и квартирах в нем — здесь действительно было великолепно. Просторный холл был обставлен дорогой мебелью, Кэрол было любопытно посмотреть и остальные комнаты, но Джек Рэндэл позвал ее не для того, чтобы показывать свои роскошные апартаменты.

— Присаживайтесь, — он жестом пригласил ее сесть в кресло, и девушка покорно это сделала. Стараясь не пялиться по сторонам, она устремила на него горящий нетерпением взгляд.

Она обратила внимание на его влажные волосы, он был гладко выбрит, и от него исходил приятный резкий аромат одеколона. Из всего этого Кэрол сделала вывод, что он только что принимал душ.

На нем была бледно-голубая рубашка и темные брюки. Он даже успел завязать галстук и уже расхаживал в начищенных до зеркального блеска черных туфлях. Кэрол заметила аккуратно висевший на спинке стула в углу комнаты пиджак из той же ткани, что и его брюки. Судя по всему, он был уже готов к отъезду.

— Быстро вы доехали, — заметил он, убирая с софы небольшой чемодан, который, видимо, только закончил собирать. Бросив взгляд на часы, он присел на краешек софы напротив девушки и посмотрел ей прямо в глаза.

— Кофе? Чай? Что-нибудь покрепче? — вежливо предложил он.

Кэрол отрицательно качнула головой, отводя взгляд. Почему-то она не могла смотреть на него так, глаза в глаза. Она и без того робела перед этим человеком, чувствовала себя неуверенно, а, встречаясь с его пронзительным взглядом, вообще терялась. Одно его присутствие выбивало ее из колеи. Трудности с общением у нее всегда были, но еще никогда ей не было так тяжело, как в обществе этого человека, под прицелом его цепких серых глаз.

А сейчас, оказавшись у него дома, один на один, в неофициальной обстановке, она внутренне вся сжалась от неприятного чувства смущения и растерянности. Она боялась сказать даже слово, почти уверенная, что он считает ее глупой и ничтожной девчонкой, что про себя смеется над ее желанием разыскать мужчину, которого в шесть лет встретила в мотеле и больше никогда не видела.