Но и тут извозчик порадовал информацией:
— Граф, корпусу разведки уже доложили о вашем перемещении, не переживайте.
Значит, казачок у нас засланный. Меня еще такой же дома должен ждать. Был уже глубокий вечер, когда мы катились от императорского дворца в мой родовой особняк. Попробовал еще раз запустить лечение, но не получалось синхронизироваться с вратами души.
Кабину потряхивало, это, конечно, не имперский экипаж, но такие виляния только убаюкали меня. Закрыл глаза и провалился. Когда пришел в себя, то каким же было мое удивление, что я стоял не около своего дома, а рядом с ПМУП.
Кучер открыл окошко в кабину и сказал:
— Господин, мне сообщили, что вам нужно заехать сюда за вещами перед тем, как отправляться домой.
— Наверное, — это все, что я смог произнести.
Кто-то решил мне помочь? Или есть какой-то план? В целом я не против забрать свои вещи. Вышел и направился по лестнице наверх. Преодолел холл и двинулся в мужской корпус. Ноги хоть и передвигались нормально, но боль в теле постоянно “разговаривала” со мной.
Сейчас вроде как каникулы, и я никого не встречу, проблем не должно быть. Просто зайду, выйду, и все, домой. Открыв дверь в свою комнату, увидел… Сука! Елизавета Солнцева сидела на моей кровати и что-то читала. Заметив меня, вскочила и полезла обниматься. Потом ее руки пытались стянуть с меня штаны, но у учителя ничего не вышло.
— Ивар, ты мне обещал! Ты помнишь? — стала возмущаться Солнцева.
— Елизавета… — начал я, но меня прервали.
— Я тебе сказала, когда мы наедине, звать Лизой.
— Ага. Давайте мы с вами договоримся. Мне нужно, чтобы завтра ваш род поставил хорошую защиту в моем особняке, — решил ковать железо, пока оно горячо.
Солнцева отпрянула. И уставилась. А потом взяла и, засранка, поцеловала в губы. Присосалась, как пиявка. Мне стоило титанических усилий разорвать поцелуй и не сдернуть с нее одежду. Организм не просто среагировал, он чуть не порвал мне штаны от желания. Делал дыхательную гимнастику, чтобы успокоиться, а Солнцева пялилась на то, что возбудилось в моем теле.
Еще бы, красивая женщина, которая точно знает, чего хочет. Да и когда я зашел, умудрилась сбросить платье, оставшись в одном черном нижнем белье и чулках на подвязках.
— Не сейчас, — нашел я в себе силы. — Очень нехорошо себя чувствую. Не буду скрывать, я вас хочу. Но у меня куча дел, а я хочу не просто… А насладиться твоим телом по полной, — решил немного слукавить, чтобы она отстала.
— Хорошо.
