— Ваше императорское высочество… — начал один из докладывающих.
— Молчать! — прорычал стальной голос.
* * *Чтобы быть сосредоточенным, не впадал в панику, а прокручивал свой план. Нужно попасть в особняк и проверить, что там. Может, отец что-то оставил у себя кабинете? Также необходимо сделать ремонт и как можно быстрее. Пора сестру домой везти, про Женю пока непонятно, но примерно такое я ожидал.
Тяжело девушке пережить насилие, но, может, ухаживая за Лизой, она как-то сумеет отвлечься? Нужно подумать, как защитить дом.
Вроде кто-то из моих знакомых занимается охранными системами? Деньги — это начало, потом влияние и власть. Развитие своих способностей. На первый взгляд, ничего сложного, вот только осталось на это найти время, и все будет в лучшем виде.
Открылась железная дверь, и в нее вышел человек. Пока не различаю его черты. Рост — примерно 182 сантиметра, и вес — около восьмидесяти килограмм. Судя по всему, светлые волосы. Он стоял какое-то время в проходе и о чем-то думал.
Потом шагнул ко мне.
За ним зашли несколько человек, которые принесли стул, стол, на него поставили магическую лампу, положили письменные принадлежности и удалились. Когда он поправил источник света, то я узнал его. Великий князь Громов. Сейчас одет в такую же форму, как у допросников, только брюки все равно с лампасами. Китель, и на нем вместо медалей какие-то вышивки.
— Говори! — приказным тоном выдал мужчина напротив.
Вот только, что ему сказать? Не, так не пойдет. В эту игру, дяденька, мы сможем поиграть вместе.
И теперь, когда я вижу, кто передо мной, понимаю мотивы, ставки и то, что вы уже проиграли. Улыбнулся. Это не осталось незамеченным.
— Как ты себя оправдаешь в обвинениях, предъявленных тебе? — спросил все таким же приказным тоном Громов.
— Вы не напомните? А то, знаете, шок, моральные переживания, когда увидел покалеченную сестру, а отца даже не успел похоронить, как меня схватили. И вы не представляете, тех, кто это все сделал с моим родом, до сих пор не нашли… Скажите, удивительно? — начал я свою игру.
Мужичок кашлянул в кулак и потом ответил:
— Я сожалею о твоем отце и сестре, — попытался он сказать более мягким голосом.
— Вы знаете, я тоже сожалею о том, в чем меня обвиняют. Все, я свободен? Раз мы сожалениями обменялись? — спокойно сказал, глядя ему в глаза.
Мое тело скрутило от разряда молнии. Связки стянуло, говорить не мог, появилось головокружение и выступил холодный пот.
