Можно также предположить, что в качестве орудия использовали меч, а не нож, но меч трудно спрятать, тогда как нож можно держать в любом месте… Ее сумочка лежала рядом или она уронила ее, когда бежала?
— Это чисто дедуктивный метод, но сейчас я еще не готов широко его использовать, — признался Селби.
Он допил свой ром и многозначительно посмотрел на Брэндона.
— Ну, Рекс, нам пора.
Брэндон немедленно отставил чашку.
— Простите, — извинился он, — но нам и в самом деле пора идти. У нас есть еще одна версия, требующая проверки, к тому же нас ждут.
— Да, да, — затараторил Карр. — Нужно действовать быстро. Жаль, что вы спешите, джентльмены, но… Заходите к нам, пожалуйста, еще.
— Я, возможно, зайду, — тотчас принял приглашение Брэндон.
Селби пожал Карру руку.
— Спасибо за великолепный ром. Надеюсь, мы не очень обеспокоили вас.
— Нет, что вы, никакого беспокойства.
Когда они сели в машину, Селби громко рассмеялся.
— Что ты нашел смешного? — недовольно пробурчал Брэндон. — Мне, например, хочется рычать.
— Я только оценил его технику, — ответил Селби. — Ты помнишь, что сказала его жена? Он редко делает что-либо без причин.
— Я тебя не понимаю.
— Этот ром, — напомнил Селби. — Он проделал с нами блестящий эксперимент.
— Я должен признать, что напиток действительно великолепный. Карр знает, как…
— Нет, нет, не напиток, — отозвался Селби. — Ты заметил, Рекс, что напиток был горячий? Он остыл лишь тогда, когда…
— Да, я чуть рот не обжег.
— Верно. А ты заметил, Рекс, что Альфонс не задавал нам вопросов, пока не усадил с чашками в руках? Уйти, не допив, было бы невежливо, а выпить быстро было невозможно, потому что содержимое чашек было огненным.
Значит, он специально все подстроил так, чтобы заставить нас говорить.
— Вот проклятый!.. — возмутился Брэндон.
— И этот странный интерес к кошельку.
— Ты думаешь, ему что-нибудь известно? — задумчиво спросил Брэндон.
— Во всяком случае, он проявляет к нему интерес, — ответил Селби.
— А ты заметил страх на лице Элинор Карр, когда он сказал, что гарантирует, будто его жена в убийстве не замешана?
— Боже мой, уж не думаешь ли ты, что она соучастница? — поразился Брэндон.
— Конечно нет. Просто стало очевидно: она чего-то боится. Карр не может развестись с ней в течение трех лет. Но если бы оказалось, что она виновна в убийстве и ее следует наказать, то Карр без труда разорвал бы супружеские узы.
— Боже мой! — Брэндон был потрясен.
