— Насколько я могу судить, — сказала Сильвия Мартин, — она убежала через окно в той одежде, которая на ней была, и не взяла с собой никаких вещей.
— Я ведь вам так сразу и заявил, молодые люди, — апатично произнес Триггс. — Шериф Брэндон напугал ее до смерти.
— Об этом-то я и хотел с вами поговорить, Триггс, — глядя на него через кровать, сказал Селби. — Чего она так испугалась?
— Ну… шериф принялся обвинять ее во всем подряд…
— В чём конкретно?
— Например, в том, что она звонила вам.
— Именно! — воскликнул Селби.
— Разве люди впадают в истерику из-за того, что их обвиняют в обыкновенном телефонном звонке? Лично я думаю, что здесь что-то не так. А ваши соображения?
— Нет у меня никаких соображений, — ответил Триггс.
— А вы подумайте.
— К чему вы клоните?
— Сегодня ночью, между двенадцатью тридцатью, когда Каттингс и Глизон приехали сюда из мотеля, и двумя, когда начался дождь, кто-то катался на их машине. Вам об этом ничего не известно?
— Нет.
— У меня есть подозрение, — продолжал Селби, — что это могла быть Мэдж Трент.
Вы так не думаете?
Триггс покачал головой, с минуту помолчал и ответил:
— Нет. Конечно, Мэдж несколько раз за вечер входила и выходила. Но чтобы отлучиться надолго…
— Дуг, тут есть кое-что интересное, — произнесла занимавшаяся обследованием шкафа Сильвия.
Она протянула ему забрызганные грязью черные атласные туфельки.
— Вы имеете представление, как на них могла попасть грязь, Триггс? — спросил Селби.
Триггс молча оглядел туфли, подумал и коротко ответил:
— Ни малейшего.
Селби подошел к окну, открыл его и выглянул наружу. Затем вынул из кармана фонарик и поводил лучом по кровле. Ветер слегка унялся. Прибитые к крыше пальмовые листья чуть заметно раскачивались, издавая негромкий шелестящий звук, словно кто-то тайком пробирался по мокрой траве.
— Подождите минутку. Я только взгляну, — сказал он и, перемахнув через подоконник, спустился на крышу. Лучик его фонарика забегал в темноте.
— Обратите внимание, что Мэдж ничего не стоило добраться до дальнего конца крыши и спрыгнуть оттуда на дорожку, — стоя в оконном проеме, произнес Триггс.
— А что ей мешало спрыгнуть здесь? — спросил окружной прокурор.
— Не знаю. Но спускалась она именно там.
— Откуда вам известно?
— Если бы она спрыгнула здесь, на земле бы остались следы. А так она приземлилась на плотно утрамбованную гравиевую дорожку.
— Пожалуй, верно. Значит, никаких следов на земле не было.
— Нет.
Селби спрятал фонарик.
— Я поднимаюсь обратно, — сказал он.
