Подойдя поближе к сжавшимся от ужаса и ощущения неминуемой смерти ворам, младший экспедитор злобно оскалился и навел на них револьвер:
– Ну что, доходяги, пришел ваш смертный час!
Концентрация «эмоций» в воздухе резко подскочила.
– Ты что, разве ж можно так?"
"Лежащие на грязном снегу мужчины судорожно вздохнули и с надеждой уставились на своего спасителя.
– Вот когда дальше начнем двигаться, по-быстрому их пристрелишь – и в вагон. А так еще прибежит кто, нас увидит. Оно нам надо?
Знали бы два приятеля, чем могут обернуться их шуточки…
Где-то в конце состава маневровый паровоз аккуратно и почти что нежно «приткнул» к имеющимся тринадцати вагонам парочку дополнительных.
Бдам-м!
И в результате этой железнодорожной нежности от сцепки к сцепке пошел передаваться резкий толчок. По сути своей – обычнейшая ерунда, сдвинувшая товарный вагон едва ли на десяток сантиметров назад, имела самые неожиданные последствия: отделавшийся сломанной челюстью «гость» подскочил как ошпаренный, толкнул экспедитора на своих коллег по воровскому бизнесу и с похвальной резвостью кинулся наутек.
Дах!
И сам Демид, стрелявший исключительно в ногу, и беглец, решивший нырнуть под вагон, такого результата не хотели. А если бы знали – первый ни за что не стал бы стрелять, а второй… Второй и понять-то ничего не успел. Пустотелая пуля калибра девять миллиметров вместо его бедра вошла в затылок, слегка вильнула, сплющиваясь и раскрываясь корявой «розочкой», и тут же вышла, по дороге выбив левый глаз и половину лба в придачу.
В наступившей тишине, которую так и тянуло назвать мертвой (оставшиеся в живых воры дружно прикинулись ветошью), стало слышно, как пронзительно и тревожно заливается чей-то свисток и где-то невдалеке суматошно перекликаются люди. По составу вновь прошла судорога, на сей раз сдвинувшая вагон гораздо дальше – на добрую сажень.
– Игнат, ты как там?
– Прыткий какой, с-сученыш! А?
– Давай наверх.
Растерявший все веселье напарник легким перышком взлетел на свое рабочее место, а вот Демид – наоборот, спрыгнул вниз.
Порылся по карманам, выкидывая лишнее прямо на свой спальник – деньги, копии документов на груз, нож-мультитул, зажигалку и все такое прочее, оставляя при себе только удостоверение, пятирублевую ассигнацию и оружие.
– Как прибудешь в Вержболово, сразу отбей телеграмму в Сестрорецк. Понял?
– Все сделаю, братка, будь уверен.
– И я постараюсь отправить. Ежели мне только дадут такую возможность.
