Пропала, или Как влюбить в себя жену

Дырка узенькая и не плотно прилегает к сливу. Вакуума-то нет. Мне кажется, ты ошиблась. Это не вантуз.

- Глеб говорил вантуз, я точно помню, - пытаюсь воспроизвести в памяти события четырёхмесячной давности. Да, я была немного выпившей, но не на столько же, чтобы все забыть.

- Ты все же перепутала. Тут и внутри слой ребристый, это точно для пяток. Инструкции рядом не было?

- Нет.

- Засеки десять минут. Точно тебе говорю, это для отшелушивания кожи, - Вера присаживается на стул и, сняв тапки, начинает натягивать на одну ступню… не понятно что.

- Мне кажется, Вера, что это все же не носок. Он не лезет.

- Сейчас залезет. Он обволакивает ногу, как перчатка руку. Засекла?

- Без десяти девять.

- Ну вот отлично. Только что с раковиной делать?

- А мы Глебу завтра скажем, а я сейчас остатки посуды поставлю в машинку.

- Ну, давай, - соглашается она."

"И только поставив оставшуюся посуду в посудомоечную машину, я поняла, что с Верой что-то не так.

- Кажется, носок сдавил мне ступню, - как-то обеспокоенно произносит Вера.

- Так снимайте. Это вредно.

- Это не так просто. Мне кажется, нога распухла, - уже и нотки паники слышаться в голосе.

- Говорила же вам – не надо. Тем более без инструкции. Давайте я вам помогу. Кладите ногу мне на колени, я стяну с вас носок.

***

- Я прошу тебя только об одном, посидеть в уютной комнате с игрушками и вкусной едой хотя бы часик. А лучше парочку. Разрешаю даже нагадить на пол. Только не лай, пожалуйста. Договорились? - внимательно смотрю на собаку, пытаясь найти в ее глазах должное понимание и хоть капельку интеллекта.

Хотя, о чем я? Какой интеллект? Щенок – априори не может мыслить, как взрослая собака. Все, что хочет эта блондинисто-пушистая особь – это играть, особенно судя по тому, как она пытается кусать мою руку. - Будь хорошей девочкой.

Беру подарочную коробку и опускаю туда «медвежонка». Да, точно, именно медвежонка она мне и напоминает. Как можно тише выхожу из машины и захожу в дом. Скидываю с себя обувь и все так же, стараясь не шуметь, быстрым шагом поднимаюсь в гостевую.

Идиотизм чистой воды, но хочется сделать сюрприз. Первый и так вышел не так, как планировалось. Оставляю собаку в комнате, закрываю за собой дверь и так же тихо спускаюсь вниз. Правда, на середине лестницы тишина была нарушена. И не мной, а стонущей бабушкой.

- Мне ее отрежут, Господи. Зачем я его натянула?!

- Тихо, вы только не нервничайте. Сейчас я еще раз попробую. Дышите глубже, Вера. Если что ножом разрежем.