Самый лучший день – сегодня.
- Почему?
- Потому что он наступил. Он уже есть. Ты не можешь знать настанет ли день, когда ты пойдешь и я сейчас говорю не про твои возможности, а про то, что нам неподвластно все окружающее. Ты знала, что попадешь в аварию? Планировала это? А оно случилось. Так же, как и у меня, так же как у миллионов людей. Я хочу сказать, что не надо жить мыслями только о том, когда ты встанешь. Это неправильно.
- Прошлое в прошлом, будущее может не наступить, а есть только настоящее.
- Да, умные люди говорят примерно так.
- Меня всегда бесили умные люди. Точнее заумные. Не продолжай. Я поняла, что ты самый умный зануда. И, кажется, я получила ответ на вопрос почему тебя никто не прибрал к рукам и не окольцевал к тридцати годам. Ты просто всех поучаешь.
- Нет, - усмехается в голос и тут же целует меня в шею. - Кажется, я поучаю только тебя.
- Не надо, щекотно, - дергаюсь, борясь со смехом. Хоть мне и нравится, когда он целует в шею. Но сейчас почему-то щекотно.
- Не надо поучать?
- Занудствовать.
- Не обещаю, - заключает Глеб, сильнее притягивая меня к себе. И тут я понимаю, что кое-что ощущаю.
- Глеб?
- Ммм?
- Ты… может тебе нужно встать?
- Зачем? - у меня паранойя или он трется об меня?
- Ты в меня тычешь.
- Тычу? - смеется мне в шею.
- Да.
- Нет, Сонь, я просто лежу с тобой в обнимку.
- А мне кажется – нет.
- Да нет, ты что, как можно в живого человека писькой тыкать. Я не такой, - сотрясаясь от смеха, произносит Глеб.
- Ага. Может и не такой уж и зануда, как кажется.
- Однозначно не такой. А теперь спи, я тыкаться ничем не буду. Клянусь всеми мизинцами на руках и ногах. Просто полежим в обнимку.
- Ну да, просто в обнимку. Тогда спокойного утра.
- Спокойного, - шепчет мне на ухо и мимолетно целует в шею."
"Глава 27
Просыпаюсь резко от жуткого осознания, что меня придавило чем-то очень тяжелым. Распахиваю глаза и сразу же попадаю взглядом на Машу, активно топчущую лапками мой живот.
Черт, так можно и поседеть от страха. Обвожу глазами кабинет, цепляясь взглядом за Бестужева, расположившегося за рабочим столом. Он хмур, сосредоточен и вряд ли заметил то, что я проснулась. Голова спросонья соображает плохо, но тот факт, что за окном светло – невозможно не заметить. В полседьмого такого не может быть, особенно в начале ноября. Тянусь за мобильником и мысленно офигеваю – двенадцать часов дня.
