И мой священный долг, которым я должна искупить преступление моих предков — передать свою магию сыновьям человеческих лордов.
Тогда я не чувствовала утраты. Мои способности еще дремали. Магия у крайнийцев в принципе просыпалась достаточно поздно. Потому я не понимала, насколько ужасный ритуал провели над нами.
Хуже пришлось Ирлиен. Порой мне казалось, что она ходит по краю этого мира, и предки уже раскрыли объятья, чтобы встретить еще одну из своего рода. И с одной стороны, я всегда знала, что рано или поздно мы все переступим эту черту, все уйдем в мир наших предков, чтобы жить с ними вечно и хранить наших потомков.
Но… я не могла представить себе, как быть и что делать, когда не станет Ирлиен.
Слава духам, сестра очнулась. Хотя я не могу сказать, что она была прежней. Из нее словно вытянули что-то жизненно важное. То, что делало ее той Ирен, которую я знала. Она более не была мягкой, не умела прощать и больше никогда не делилась со мой сокровенными тайнами.
Очередное урчание грома, прокатившееся словно по крышам соседних домов, вырвало меня из раздумий и болезненных воспоминаний.
И снова это проклятое жжение.
Я невольно закусила губу и облокотилась на прилавок.
Все же нужно было ехать домой. Ждать все равно так же глупо, как и доверять человеку, промышляющему контрабандой.
Грустно улыбнувшись собственным мыслям, я развязала тесемки передника и бросила его на стул.
Что ж. Похоже, придется искать иные пути и способы. И, судя по всему, в другом городе.
Я еще раз окинула свою лавку пристальным взглядом, ощущая, как в груди что-то болезненно сжалось.
Соберись, Амеланис, ты всегда знала, что это произойдет. Так что не раскисай и делай, что должна.
Но в этот же момент наддверный колокольчик снова отозвался тонким звоном. И я, резко обернувшись, затаила дыхание.
На пороге стоял капитан Корн, сунув руки в карманы и опершись о дверной косяк.
— Вечер добрый, мисс Вэйтс, — приветливо поздоровался капитан, как-то криво улыбнувшись, словно в это время придумывал что-то, что мне не понравилось бы.
И мне и не понравился — его взгляд, такой, что хотелось умыться. Или просто плюнуть ему в лицо. — Прекрасно выглядите!
— Хотелось бы верить вам, — заставила я себя улыбнуться. — Но я прекрасно знаю, как выгляжу после рабочего дня. И прекрасного там не так уж много. Чай? Или, может, горячий шоколад?
— Если есть виски, то не откажусь.
— Увы, — я развела руками и состроила скорбную физиономию.
