— Все будет хорошо!
— Мама тоже так говорила, — всхлипнула Эльза, но тут же отстранилась и, шмыгнув носом, сменила тему разговора. — Там Рой волнуется. Он весь вечер злился. Потом с Гарэтом разговаривал. А когда он вас привез…
Значит, Гарэта все же отправил Рой. Духи, они все время повторяют, что им повезло встретить меня? Это мне повезло не пройти мимо них. Нужно будет поблагодарить Роя. И Гарэта тоже…
— Спустись и успокой Роя и Гарэта, пожалуйста. — велела я девочке. Мне не мешало бы привести себя в порядок, прежде чем спускаться вниз.
И проверить, что там с этой демоновой печатью, без лишних глаз. — Не думаю, что Роузи позаботилась о том, чтобы поделиться с ними новостями о моем самочувствии. И посмотри, как там у нее дела. Думаю, что ты тоже уже проголодалась.
Эльза внимательно выслушала все, что я ей велела, кивнула и, бросив уже на ходу: «Сию минуту, мисс!» — вылетела из комнаты, оставив меня в одиночестве.
Еще одна проблема. Детей нужно бы теперь учить. И, кажется, обоих. А у меня самой знаний было ровно столько же, сколько у них.
И теперь я понятия не имела, что мне делать, как быть и чем для меня обернется тот ночной инцидент.
Я тяжело, как столетняя старуха, поднялась с кровати. Но тут же поняла, что не чувствую ни прежней слабости, ни боли. А это уже было более, чем хорошо.
А вот зеркало меня не порадовало. В нем отразилась бледная усталая девушка с темными кругами под глазами и воспаленными глазами. Темные волосы спутались и торчали в разные стороны, а во взгляде читалась откровенная усталость.
М-да. Косметикой это не исправишь.
Я убрала волосы и затаив дыхание присмотрелась к иллюзии. Фуф. Все отлично. Все же Эллоин Билвер мастер своего ремесла.
Хоть с этим все в порядке.
Я оттянула ворот и охнула. Вокруг рисунка вздулась, словно от ожога, воспалилась и покраснела кожа, а сама печать была расчерчена кривой линией, словно треснула. В общем, это все походило на зараженную воспаленную рану. Я осторожно коснулась ее кончиками пальцев и зашипела от боли.
Ужасные ощущения. И хуже всего то, что я не представляла, что с этим делать. В лазарет к целителю с такой раной не заявишься, а из меня лекарь был откровенно ужасный.
Единственное, что пришло в голову — смазать ее заживляющей мазью, но внутреннее чутье подсказывало, что толку от такого лечения будет очень мало. Главное, чтобы хуже не стало.
С этой мыслью я отправилась в ванную. Смывать с себя вонь «Трех кружек», ужас минувшей ночи и ощущение надвигающейся бури.
