— Простите, вчера, когда падала, наверное, простудилась. Не угостите меня рюмочкой вашего бальзама?
Ни слова ни говоря, немка откачнулась от двери.
— Проходите.
Даша старалась держаться спокойно, не обращая внимания на взвинченное состояние хозяйки номера. Присев, она краем глаза наблюдала, как Мюльке, рискуя перебить стаканы или бутылки, готовит ей выпивку. Больше всего Даша опасалась, чтобы та ей чего-нибудь не подсыпала. Она уже никому не верила.
— Держите.
Сделав вид, что отпила, гостья поставила рюмку на стол.
— Приятная вещь.
Мюльке угрюмо смотрела на нее и хранила молчание. Пришлось продолжить.
— Вот вы, Катарина, сегодня утром сказали, что я страшный человек. Но это не совсем так.
— Мне все равно. — Немка действительно выглядела равнодушной. — И, прошу вас, давайте поскорее закончим с этим. Я просто хочу услышать сумму и больше никогда не видеть ни вас, ни ваших людей.
«Моих людей...» Да, пожалуй, на сотрудника Интерпола Мюльке мало похожа. Еще один довод в пользу инспектора. Но за что все-таки она предлагает деньги?
— А давайте вы сами назовете сумму, — Даша попыталась улыбнуться.
— Возможно, мы сразу и договоримся.
— В смысле?
— Вы мне нравитесь, поэтому...
— Послушайте, хватит морочить мне голову. — Немецкий акцент стал сильнее, слова жестче и злее. — Больше, чем смогу, я все равно не дам.
Почти силой удерживая улыбку на лице, Даша примирительно кивнула:
— Тем более. Назовите сумму и будем считать этот вопрос закрытым.
— Десять тысяч, — после небольшой паузы произнесла Катарина.
Даша задумалась. Сумма не так чтобы большая, но и не маленькая. Но за что Мюльке хочет ее заплатить?
— Договорились.
Но немка покачала головой.
— Подождите радоваться. Мне от вас потребуется гарантия, что этот платеж будет последним. Если вы не согласитесь, то я сама пойду в полицию. В конце концов, неизвестно, кто окажется в худшем положении.
Даша заерзала, как на сковородке. Что-то начало проясняться. И судя по всему, речь идет о шантаже.
— Гарантии? — задумчиво протянула она.
— Пожалуй, вы правы. Что ж, тогда предлагайте.
— А я смотрю, вы та еще штучка. — Мюльке посмотрела на собеседницу с чем-то похожим на уважение. — Но и я не промах. — Она презрительно усмехнулась. — Сначала я думала потребовать у вас пленку, но потом поняла — это бессмысленно.
— Ну, в общем-то... — Даша покачала головой, по ходу дела пытаясь сообразить, какое же такое страшное преступление могла совершить железная дама Мюльке.
— Вы наверняка оставили себе копию.
