Даша льстиво улыбнулась:
— Да, но там никогда не будет атмосферы, которую удается создавать вам.
Жан-Жак тут же зарделся от удовольствия.
— Не смею возражать вам, мадемуазель.
— Хорошо, что вы хотя бы разыгрываете бесплатные путевки, — она все еще делала вид, что ее крайне интересуют деревянные панно на стенах, — все-таки какой никакой, а шанс к вам попасть. Кстати, вы предлагаете путевки на одного человека или, как обычно, — на двоих?
Бармен удивленно выпрямился.
— Мы разыгрываем бесплатные путевки? Кто вам это сказал?
Почти силой удерживая взгляд на панно, Даша произнесла как можно беспечнее:
— Как, а разве миссис Бредли не выиграла эту поездку?
— Впервые об этом слышу, — бармен даже шейкер опустил.
— Что вы, мадемуазель. Да к нам бронируют номера на год вперед!
— Подождите-ка, мне фрау Пикше рассказала, что...
Но Жан-Жак отрицательно покачал головой.
— Эта старая сплетница все перепутала. Быть такого не может. На Рождество и Новый год у нас не то что номера — раскладушки свободной не бывает.
Тут впору аукцион проводить, а не бесплатный розыгрыш.
— Наверное, я что-то перепутала.
Невероятным усилием воли, Даша заставила себя поменять тему и некоторое время с заинтересованным видом рассуждать о погоде на новогодние праздники, о тенденциях в спортивной одежде и подобной чепухе. На самом деле рыжеволосым детективом овладели совсем иные мысли. Если Бредли путевку не выигрывала, то как тогда здесь оказалась? Что, если несчастную секретаршу сюда специально заманили? Заманили.
.. чтобы убить!"
"Кусочки льда жалобно звякнули в стакане. Вот это да! Интересно только, кому могла помешать серая, безденежная секретарша? Хороший вопрос. Хороший, но, к сожалению, бессмысленный. Какова бы ни была причина убийства, она наверняка кроется в прошлом миссис Бредли. В прошлом, о котором ей ничего не известно. И пока она доберется до этого прошлого, на нее повесят всех собак.
«Стоп».
Даша нахмурилась. Бронь, бронь... Какая может быть бронь на год вперед, если сама она купила сюда путевку всего две недели назад.
Может, бармен слегка передергивает, набивая гостинице цену?
— Вы говорите, раскладушки свободной нет, а для меня место нашлось, — она подмигнула, призывая собеседника раскрыть карты.
Но Жан-Жак даже бровью не повел.
— Так вам же свой номер уступила мадам Хазельхоф.
— Кто, простите?
— Мадам Хазельхоф. — Черные глаза глянули удивленно. — Она бронирует этот номер уже лет десять.
