Пропавшие без вести

Почему-то проникшись доверием к Емельяну, Рогинский открыл ему эту тайну.

— Через проход, как говорится, славного имени Юзефа Рогинского и вы подадитесь на волю, папаша писатель. Только уж прежде, пардон-извиняюсь, бесспорно, я сам проскочу. Почтение к старшим тут, папаша писатель, не входит в программу концерта: можете мне с непривычки проход завалить! — пояснил Рогинский.

План, который возник у Баграмова, заключался в том, что два-три человека выходят в побег без всякого промедления, чтобы связаться с партизанами и договориться с ними о помощи, потом они возвращаются в лагерь и все готовятся, чтобы в условленный час удариться на прорыв из лагеря партизанам навстречу.

— Вот сердце-то сердцу вести дает! — воскликнул Сашка, когда Баграмов с ним поделился идеей. — Мы с капитаном сегодня о том же говорили, отец. Еще бы в рабочем лагере с одним человечком нам перекинуться словом. Лазарет — он ведь что! В рабочем ведь лагере главная сила!

Через несколько дней — это было начало июня, — когда Емельян сидел за картой, в мертвецкую вошел Саша.

— Всё, отец! Искал вас, искал! Понимаешь, могу уехать за дровами с рабочей командой… Как в воду смотрели фашисты, кого посылать! — усмехнулся он. — Сутки будем стоять на погрузке. Неужто за сутки минутку не выгадать!

— С капитаном Володей контакт, понимаешь, держите. Через рабочий лагерь вам все сообщат, если буду цел, — обещал Саша.

Баграмов бросился к окну в коридоре и с жадностью, неотрывно смотрел, как выехали из лагеря два грузовика с десятком рабочих кухни и с санитарами других отделений и как они скрылись вдали на прямом шоссе…

«Как он доберется до партизан, как сумеет их уговорить на освобождение лагеря, лежащего у самой окраины города? Счастливец, Сашка!» — думал Баграмов…

— Да, дрова готовит Сашок! — произнес многозначительно капитан Володя за ужином.

— Это малый толковый, он дров наломает! — ответил Волжак.

— Аж щепки пойдут лететь! — добавил Иван-белорус, с таинственным лукавством намекая и о своей догадке, что Сашка уйдет к партизанам…

Емельян заступил на ночное дежурство.

Больные еще не затихли, кое-где собравшись на койках в кучки, шептались; кто-то задушевно рассказывал сказку, другие говорили опять все о тех же боях с фашистами, вспоминали о семьях, а то просто дышали свежим ночным ветерком, тянувшим через открытые окна здания. Внезапно раздался отчаянный стук у входных дверей. С таким стуком ворвались немцы на обыск, когда забрали Андрея, Митю Семенова и других.