Пропавшие без вести

Время шло, а начальство все не решалось начать работу. Прошло уже минут сорок, когда через приемную в кабинет начальника промчался бегом немолодой тучноватый полковник.

Вокруг зашептались: «Вызвал по телефону!» А несколько минут спустя, каким-то необъяснимым путем, без всякого объявления, снова сами собой все узнали, что «вызвал» лишь для того, чтобы разрешить совещание на месте.

Кто-то сказал шепотом, что «сам», возможно, все-таки будет присутствовать, но, так сказать, незримо.

Балашову подумалось: «Как бог — вездесущ и всеведущ!» Он усмехнулся этой веселенькой мысли.

И тут же ему припомнилась поездка во Францию в начале тридцатых годов, в составе военно-дипломатической миссии… Хоть время было предельно загружено, а все-таки кое-где они тогда побывали. Запомнились поездки на кладбище Пер-Ляшез, в Пантеон, в Сите — Нотр-Дам, Дворец Правосудия, Святая капелла Людовика Благочестивого, покоряющая волшебством древнейших готических витражей, а в этой капелле — каморка с тайным внутренним входом и узенькой смотровой щелью, будто из танка, откуда король, незримо присутствуя, наблюдал народ… Да, в наше время исчезла нужда в каморках и смотровых щелях. Можно «незримо присутствовать» при помощи микрофона…

— Идемте, Петр Николаевич, начинается, — позвал Чалый.

В зале заседания на хозяйском месте появился давно известный генерал-полковник, который в коротких словах очертил задачу предстоящей работы и предоставил слово основному докладчику.

Докладчик, так же как и начальник, в звании генерал-полковника, хотя очень еще молодой, начал с итогов зимней кампании и характеристики положения на сегодня.

Часть войск Красной Армии, освободивших район Ржева, нависает выступом с севера, западнее Вязьмы. Южнее — так же с запада — группируются кавалерийский корпус и на широком пространстве — партизаны. Однако противник прочно удерживает район Вязьмы — Гжатска, автостраду и железнодорожную магистраль. При наступлении весны зимние операции остались незавершенными.

Линия фронта, рваная и извилистая, является весьма спорной. Даже незначительный перевес в ту или иную сторону при первом же ударе может изменить положение в течение каких-нибудь суток.

Балашов, так долго оторванный от военной жизни, совсем вниманием силился вникнуть в ту «вводную», которую предлагало командование.

— В том и задача, чтобы этот решающий перевес создан был не фашистским командованием, а нами, — продолжал докладчик.