Пропавший

До революции их называли «филерами». «Топтун» был опытный, к Андрею не приближался, одет был в неброскую одежду и лицом обладал непримечательным. Такой мимо пройдет, а через секунду его и не вспомнишь.

Работал «топтун» на бандитов давно и дело свое знал. Несколько раз он мгновенно менял свой облик. Едва Андрей через пару кварталов свернул за угол, как «топтун» снял куртку, вывернул ее и надел снова. Вместо коричневой куртка стала синей. Подходящая одежда для «топтуна» – редкость. Ее выискивали специально, берегли.

Некоторые фирмы выпускали такую, двухстороннюю. А еще через пару кварталов, чтобы не примелькаться, он вытащил из кармана и нацепил на голову берет. Мелочь, но при быстром взгляде назад тот, кого «ведут», видит другого человека. А еще «топтуны» походку меняют до неузнаваемости.

Так и довел «топтун» Андрея до гостиницы. Ему бы в толпу людскую нырнуть, затеряться в водовороте – в магазине большом, в метро. Или «обманку» сделать: шагнуть в подошедший метропоезд и в последнюю секунду перед закрытием дверей, когда уже прозвучало объявление «Осторожно, двери закрываются.

Следующая станция…», выскочить из вагона. «Топтун», не ожидая подвоха, чтобы не отстать, тоже сядет в вагон, но выскочить уже не успеет. А если успеет, так сразу себя этим и выдаст. Неплохой способ выявить наблюдение. Только не знал Андрей о нем, как и о полусотне других.

Пока он собирался позвонить однокашнику, к двери администратора, на которой висела табличка с новомодной надписью «Reception», подошел «топтун».

Не мудрствуя лукаво, предъявил красные корочки – он часто пользовался ими, облегчая себе жизнь.

– К вам только что вошел постоялец. Я бы хотел все о нем знать.

Администратор не удивилась и продиктовала ему паспортные данные Андрея.

– А что же вы не записываете?

– Похоже, я ошибся. Извините, это не тот человек, кого мы ищем. – И «топтун» вежливо откланялся.

Администратор успокоится и не сможет ненужным любопытством насторожить наблюдаемого. А паспортные данные Андрея «топтун» запомнил с легкостью – провалами памяти он не страдал.

Андрей и не подозревал, что его данные уже есть у питерских братков. Он радовался жизни: в отпуске, есть деньги, значит – можно отдохнуть.

Созвонившись с однокашником, он встретился с ним у Эрмитажа.

– Сколько лет, сколько зим! Пойдем в кафе, посидим. Ты кого-нибудь из наших видишь?

Пошли воспоминания об институте – кто, где и кем работает, как сложилась личная жизнь.