Пропавший

Чем ближе подходило время отпуска, тем само время тянулось медленнее. И все-таки пришел тот день, когда они втроем погрузились в электричку до Москвы. От Рязани до столицы было всего несколько часов хода, а там уже пересадка на Ярославском вокзале до Перми. Виделись друзья теперь нечасто и потому проболтали всю дорогу. А потом еще одна пересадка – до Соликамска, затем машина до Жуланова, где жил дед Павла. И чем дальше они забирались от центра, от крупных городов, от цивилизации, тем более девственной была природа, чище воздух: дыши – не надышишься.

Одно плохо – добирались трое суток.

Отоспались после утомительной дороги, посидели за столом с дедом и бабушкой Павла. А те уж были рады приезду внука! Расстарались, стол накрыли. Курочка вареная, картошечка, зелень – все свое, с огорода, а грибочки маринованные и варенье брусничное – из тайги. Водочку, правда, парни из Перми привезли, но пили умеренно: охота – дело серьезное, пьяных да похмельных она не любит. Так и бутылки не выпили, дедов самогон не хуже оказался, на травах да на орехах настоянный.

С утра с дедом в тайгу пошли – без ружей, с лукошками. Самое время было чернику да голубику собирать. В первый раз тогда Андрей увидел, как она растет, и от обилия обомлел. Сядешь на полянке, средь низеньких, чуть выше щиколотки кустиков – и собирай. Пока на триста шестьдесят градусов обернешься, не сходя с места, – лукошко уже полно. Только сначала в туесок никто не собирал, наберут пригоршню – и в рот. Губы, язык, пальцы – все темно-красное, почти черное.

А вкусно – оторваться невозможно, на ягодах еще утренняя роса. Это потом они уже лукошки полные собрали, а в каждом – по ведру почти. До обеда и управились, только вот есть никто не хотел. Обратно уже не дед Никифор выводил, а Андрей – проверить навигатор хотел. Получилось удачно, даже быстрее, чем сюда шли.

– Умная штуковина! – похвалил дед. А друзья Андрея лишь сопели недовольно – себе не догадались купить.

До вечера они еще ходку сделали – дед Никифор показал, где костяника растет.

Эта ягода понравилась меньше: кислая да с крупной косточкой. Однако деда обижать отказом не хотелось, поскольку с утра он обещал вывести к озеру, где уток было полно. Сам дед Никифор по старости лет на охоту не ходил, но ружьишко старое, еще отцовскую «БМ», имел. Но главное – места добычливые знал.

Налюбовались они вековыми соснами да елями, дубами неохватными, чистым воздухом надышались, аппетит к вечеру нагуляли.