Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
Глянув на них, Николай Егорович улыбнулся: все до единого десантники, презрев его запрет, были в тельняшках.
– Мазур с пулеметом на месте, остальные в лес! – скомандовал Лоскутов.
Меж тем на берегу Монгол, отправив последнюю партию груза наверх, закинул автомат за спину и побежал в сторону крушения теплохода. Поравнявшись с потерпевшими крушение, он о чем-то переговорил с Коломийцем, махнул двум десантникам и уже в их сопровождении помчался далее.
К Лоскутову поднялся запыхавшийся Лукин.
– Куда это Монгол вчистил? – спросил он, переводя дыхание.
– Лука, – Николай Егорович с каждой минутой нервничал все больше и больше, – не стой здесь, как баран! Иди вниз, организуй колонну до леса. Монгол лучше нас с тобой знает, что ему делать.
– Иду, иду, – Лукин, с двумя вещмешками на плечах, осторожно ступил на раскатанную каблуками тропинку.
Николай Егорович посмотрел на небо. Со стороны гор к морю шли редкие облака, над фьордом сверкало солнце. Никакой надежды на нелетную погоду!
– Мазур, где второй пулеметчик? Расходитесь по вершинам холмов: ты налево, он направо.
– Командир, в «раму» с пулемета не попасть, – скептически заметил бывший боцман.
– Мазур, пулемет на плечо и вперед, на сопку, бегом, марш!
На спуске раздался грохот и отборный мат. Николай Егорович глянул вниз и сплюнул с досады: поскользнувшись, десантники выронили ящик с продовольствием. По всему склону холма, прыгая на камнях, в разные стороны покатились консервные банки.
– Мать его, что ж за начало-то такое, все наперекосяк! – выругался Лоскутов.
Он полез за пазуху за папиросами и почувствовал, что вся одежда под телогрейкой насквозь мокрая от пота.
– Лука, – окликнул Николай Егорович белоруса, не успевшего уйти далеко, – пошли сейчас же двух человек собирать банки! Если «рама» прилетит, они бликовать будут!
– А колбаса, а концентрат?
– По хрену мне твоя колбаса! С голоду никто не сдохнет, а банки на солнце сверкать будут!
Лоскутов вновь поднял бинокль, посмотрел на место крушения «Дмитрия Ульянова».
«Умница Монгол! – подумал Николай Егорович. – Берег чистит. В такой-то суматохе не забыл о маскировке».
На седловину второй раз взобрался Боков.
– Спасли шестерых.
