Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
Дикий животный ужас объял лейтенанта. В окне он увидел свою неминуемую смерть, и разум покинул его, предоставив волю инстинкту самосохранения.
«Бежать!» – завопил поселившийся в животе страх.
«Бежать!» – вторила ему каждая частичка тела.
«Галопом, куда глаза глядят!» – скомандовал кто-то в подсознании, и Якушев, ни слова не говоря, бросился прочь от вверенных ему бойцов.
Внезапное бегство командира сбило с толку десантников. Они, не понимая, что произошло, стали растерянно озираться по сторонам, ища друг у друга объяснения и поддержки.
Немецкий пулеметчик скосил их всех одной длинной очередью.
Услышав за спиной звон разбитого стекла и стук пулемета, Якушев остановился. Обернулся. От здания в него летела крупнокалиберная пуля. Лейтенант видел пулю. Видел ее вращение вокруг своей оси. Видел ее острый нос с зеленой маркировкой.
Пуля ударила ему в сердце, и Якушев умер.
Пулеметная стрельба у неизвестного здания началась раньше, чем группа Монгола подошла к зенитной батарее. Жаждущие боя десантники рванули вперед, но рейдовик остановил их.
– Спокойно! Часовые нас не ждут, будем атаковать по плану.
– Однако по плану не получится, – сказал Чук, рассматривающий батарею в снайперский прицел. – Часовой в нашу сторону смотрит.
Чук выстрелил. Рейдовик даже не стал спрашивать, попал или нет. С такого расстояния охотники-промысловики не промахиваются.
– Геккон, видишь второго часового?
– Спрятался второй охранник. За дальней пушкой сидит.
– Снайперы, прижми его к земле. Будников, на месте.
Чук и Геккон медленно двинулись прямо на часового. Как только немец поднимал голову, тунгусы стреляли в лафет орудия, и часовой вжимался в землю. Монгол и Гагин пошли в обход, но у трансформаторной подстанции их обстрелял пулеметчик из неизвестного здания.
– Вот черт! – выругался рейдовик. – Возвращаемся!
– Может, успеем пробежать? – предложил Гагин.
– Идиот! – выругался Монгол. – Моли бога, что у него этот сектор не пристрелян. Сейчас бы оба лежали. Где Якушев? Я что-то с его стороны ни единого выстрела не слышал.
Пока Монгол и Гагин перебежками возвращались на исходную позицию, тунгусы дошли до крайнего орудия и ликвидировали часового.
– Однако, некрасиво получилось, – сказал Геккон, осматривая поле боя. – Салихэ такой хороший план придумал, а мы без него все пушки захватили.
– Ты что, думаешь, он ругаться будет? Не-е. Он придет и скажет: «Геккон, ты такой умный! После войны мы отправим тебя в академию.
