Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
В начале июня лейтенант Лоскутов прибыл на Волховский фронт, в распоряжение 2-й Ударной армии, от которой боеспособными остались только две стрелковые дивизии. Сама армия была окружена и уничтожена еще весной, во время проведения Любанской наступательной операции. Командующий армией генерал-лейтенант Власов сдался в плен и перешел на сторону врага.
Несмотря на провал зимне-весенней операции по деблокированию Ленинграда, командование Красной армии решило повторить прорыв на более узком участке фронта: от поселка Гайтолово, вдоль Ладожского озера на Синявино, и далее, через Московскую Дубровку, на соединение с войсками Ленинградского фронта.
19 августа 1942 года войска Волховского фронта пошли в наступление и завязли в боях в районе станции Мга. 8 сентября в прорыв была брошена 2-я Ударная армия. Вернее, то, что от нее осталось.
Не прошло и месяца с момента летнего наступления, как история с трагедией 2-й Ударной армии повторилась. Все войска, принимавшие участие в Синявинской наступательной операции, были отрезаны от основных сил и уничтожены.
Полк, в котором сражался Лоскутов, в первом же сражении был смят наступающим противником и рассеян. Сам Николай Егорович в составе сборной группы бойцов под командованием батальонного комиссара Сергиенко отступил на юг, к болотам у реки Мойка. На третий день отступления группа Лоскутова оказалась в ловушке – авангард отряда уперся в болото, простиравшееся на километры налево и направо.
Бегло проведенная проверка показала, что болото непроходимо, но через него в глубь топей ведет узкая бревенчатая гать.
Стояла середина сентября. Утро. Перед отрядом Сергиенко – топкое болото, за спиной – чистое поле. Где-то там, в глубине полей, уже рыскали в поисках отступающих красноармейцев немецкие мотоциклисты-разведчики. Если стоять на месте, то не пройдет и часа, как они обнаружат бойцов Сергиенко, обстреляют с дальней дистанции и вызовут основные силы – пехоту на бронетранспортерах и грузовиках.
Болото представляло собой огромнейшее залитое мутной водой поле. Слой воды в нем местами достигал метра, но в основном был не выше сапога. Под водой – зыбкая топь, трясина, которая засасывает все живое, что попадает в нее.
