Проповедник

Это был ее козырь, а теперь у нее против него ничего нет и он может поливать ее дерьмом и врать про нее все, что угодно, в том числе и что Анна плохая мать.

— Да, но ведь у него нет никаких доказательств.

— Нет, конечно, и мы это знаем, но подумай: если он накидает на нее здоровенную кучу дерьма, что-нибудь обязательно да прилипнет. А ты знаешь, каким он может быть настырным. И я ничуть не удивлюсь, если он сумеет очаровать власти и перетащить их на свою сторону.

Эрика расстроенно уткнулась в плечо Патрика.

— Ты только представь себе, что будет, если Анна потеряет детей.

Она же просто-напросто свихнется.

Патрик обнял Эрику и крепко прижал к себе, успокаивая:

— Знаешь, давай не будем фантазировать насчет того, что может быть, а может и не быть. Анна сделала большую глупость, не подав заявление на Лукаса, но я вообще-то в определенной степени ее понимаю. Лукас много раз демонстрировал, что он не тот парень, с которым можно играть. Так что совсем не удивительно, что она напугана.

— Ну да, ты, наверное, прав.

Но я больше расстроилась из-за того, что Анна лгала мне все это время. Так что задним числом я чувствую себя обманутой. Каждый раз, когда я ее спрашивала, как обстоит дело с заявлением на Лукаса, рассмотрели ли его, она практически уклонялась от ответа и обычно говорила, что у полиции в Стокгольме столько работы, что пройдет еще много времени, пока они займутся ее заявлением. Да ты же сам знаешь, что она говорила. И все время это было вранье. И у меня такое чувство, что она все время разыгрывала спектакль, а я там играла роль какой-то злодейки.

И Эрика опять заплакала.

— Да ладно тебе, милая, перестань, тебе лучше успокоиться. Ты же не хочешь, чтобы у ребеночка сложилось такое впечатление, что ему совсем не стоит выбираться наружу в юдоль земную.

Эрика, не удержавшись, рассмеялась сквозь слезы и стала промокать глаза рукавом.

— Послушай меня, иногда мне кажется, что у вас с Анной отношения матери и дочери, а не двух сестер. По крайней мере, ты все время так ведешь себя.

Ты заботилась об Анне вместо матери, и поэтому вышло так, что, с одной стороны, Анна нуждается в том, чтобы ты о ней заботилась, а с другой — ей очень хочется освободиться от тебя. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

— Да, я знаю. Но мне кажется, что это ужасно несправедливо. Почему я должна страдать за то, что я о ней заботилась?

И Эрика опять начала хлюпать.

— Мне кажется, что ты слишком жалеешь себя, или как?.. — Он ласково убрал прядь волос со лба Эрики.