Проповедник

Якоба шокировало известие об убийстве Йоханнеса, но единственное, о чем он говорил, так это о преследованиях его семьи со стороны полиции, о том, что он невиновен и ни к чему не причастен. Снова и снова Патрик бросал отчаянный взгляд на мобильный телефон, лежащий перед ним на столе. Он знал, что результаты анализов будут известны самое раннее завтра утром, так что все его надежды сейчас сосредоточились на Мартине и его команде, которая работала в Вестергордене. Но телефон все молчал. Наконец в четыре часа раздался звонок.

Звонил Мартин; он доложил, что никаких результатов нет и они не нашли того, за чем приезжали. Патрик кивнул Ёсте, и они вышли из комнаты для допросов.

— Это Мартин. Они ничего не обнаружили.

Огонек надежды в глазах Ёсты померк.

— Что, совсем ничего?

— Нет, ни черта. Так что, похоже, у нас нет выбора, придется Якоба отпускать. Вот дерьмо. — Патрик хлопнул ладонью по стене, но быстро успокоился. — Ну, ничего, это только вопрос времени. Я ожидаю, что завтра мы получим отчет об анализах, и тогда, может быть, найдется, что ему предъявить.

— Да, но ты подумай, представь себе, что он может сделать до завтра. Он сейчас знает, что мы его подозреваем и что у нас есть на него, и если Якоба выпустить, он может рвануть куда-нибудь и прихватить с собой девушку.

— Да какого хрена, я сам все прекрасно понимаю. Но что тут можно сделать сейчас? — Раздражение Патрика вырвалось наружу, но было несправедливо срываться на Ёсте, и он сразу же извинился. — Я попробую еще раз связаться с лабораторией, прежде чем мы отпустим Якоба.

Может быть, у них есть уже какие-нибудь результаты. Какие-то анализы они, наверное, уже успели сделать. Мы их просили, да и они сами знают, что это срочно и вне всякой очереди.

Патрик пошел в свой кабинет и начал звонить судебным медикам. За время этого расследования он выучил номер наизусть. За окном, как обычно летом, сновали толпы отпускников, и Патрик на секунду позавидовал беспечным, не обремененным заботами людям, которые едут сейчас куда-нибудь в тяжело нагруженных машинах.

Ему тоже захотелось выкинуть все из головы и уехать отсюда.

— Привет, Петерсен. Это Патрик Хедстрём. Извини за звонок, но выходит так, что нам придется отпустить подозреваемого. Может быть, у тебя уже есть что-нибудь?

— Я разве тебе не говорил, что результаты будут завтра утром? И то только потому, что нам сегодня вечером придется работать сверхурочно, чтоб ты знал.

Петерсен казался замотанным и раздраженным.