Проповедник

Эрика попробовала вообразить в нем младенца — как он там внутри плавает в темноте в этой жидкости. Она по-прежнему не могла до конца поверить в происходящее, все это казалось ей не вполне реальным. Даже будучи на восьмом месяце, она все еще не полностью осознавала, что их уже двое. Ну конечно, все происходит как-то слишком быстро. Ее чувства колебались между нетерпеливым ожиданием и страхом, и было трудно не думать о том, что скоро все разрешится. Но, честно говоря, ее сейчас больше занимала другая, более актуальная проблема — то, что она больше не может спать на животе.

Эрика посмотрела на светящийся циферблат будильника: 4 часа 42 минуты. Может, попробовать зажечь свет и просто полежать и почитать?

Тремя с половиной часами и одним паршивым детективом спустя, когда Эрика уже приготовилась выбираться из кровати, затрезвонил телефон. Она привычным жестом протянула трубку Патрику.

— Алло, это Патрик, — ответил он хриплым голосом, еще не проснувшись. — Да, конечно, вот дерьмо. Да, я могу туда подъехать.

Да, в пределах пятнадцати минут. Там тогда и увидимся.

Он повернулся к Эрике.

— У нас тревога, срочный вызов. Я должен бежать.

— Но ты ведь в отпуске. Неужели больше некому этим заняться?

Эрика сама услышала, что ее вопрос прозвучал довольно сварливо, но очередная бессонная ночь мало способствовала хорошему настроению.

— Речь идет об убийстве. Мелльберг хочет, чтобы я там был. Он сам сейчас тоже подъедет.

— Здесь, во Фьельбаке. Один парнишка нашел утром мертвую женщину на Кунгсклюфтане.

Патрик проворно оделся. В середине июля, в жару, ему не потребовалось на это много времени. Прежде чем ринуться за дверь, он подошел к кровати и поцеловал живот Эрики примерно в том районе, где, как она смутно припоминала, у нее когда-то был пупок.

— Пока, малыш. Пожалуйста, веди себя хорошо с мамой, а я скоро вернусь.

Он чмокнул ее в щеку и заторопился прочь. Эрика, вздыхая, слезла с кровати и оделась. Вся ее нынешняя одежда была просторной, как палатка, и ей сейчас особенно не приходилось выбирать, что носить.

Чтобы лучше разобраться в теме материнства, она прочитала кучу книг для будущих мам и пришла к выводу, что, по ее разумению, всех тех, кто пишет о радостях беременности, надо взять за шкирку, вытащить на площадь и публично выпороть. Бессонница, боли в ногах, разрывы, геморрой, потливость, по большей части сильные гормональные нарушения — вот это уже больше похоже на правду жизни.