Проповедник

Разговаривая, она все время оживленно жестикулировала. Мартин не отрываясь смотрел на нее и млел. Пиа совершенно не походила на дамочек, с которыми он обычно встречался, и, может быть, из-за этого ему было еще приятнее сидеть рядом с ней. Мартину пришлось напомнить себе, что это не личная и не светская встреча, а деловой разговор за обедом и что он на работе.

— Должна признаться, что мы не каждый день разговариваем с полицейскими. Я так полагаю, что это имеет какое-то отношение к телу на Кунгсклюфтане?

Вопрос прозвучал скорее риторически, как констатация факта, а не проявление излишнего любопытства, и Мартин утвердительно кивнул.

— Да, верно. Эта девушка — туристка из Германии, как ты наверняка уже слышала, и нам понадобится помощь с переводом. Как ты считаешь, ты сможешь этим заняться?

— Я зубрила немецкий в Германии два года, так что никаких проблем.

Им принесли суп, и сразу после первой ложки Мартин согласился с определением Пиа «божественный». Он попробовал хлебать суп не так смачно, но ничего не получалось, и он сдался.

Он вдруг подумал, что Пиа наверняка читала «Эмиля из Леннеберги». Как там говорилось: «Суп надо хлебать смачно, а то непонятно, что ешь суп».

— Устоять просто невозможно…

— Та немецкая девушка, ее звали Таня, да? Ты знаешь, она приходила к нам в турбюро примерно неделю назад. Она хотела, чтобы ей помогли перевести несколько газетных заметок.

В Мартине определенно пробудился интерес.

— О тех пропавших девушках, которых вы потом обнаружили рядом с ней.

Эти заметки она, наверное, нашла в библиотеке.

Мартин выронил ложку, и она громко зазвенела, ударившись о тарелку. Он с нетерпением спросил:

— Она, случайно, не сказала, зачем ей это надо?

— Нет, ни словечка. Да я, собственно, и не спрашивала. Вообще-то мы не должны заниматься такими вещами в рабочее время, но мне показалось, что для нее это очень важно. Кроме того, была уже середина дня, все туристы разъехались по островам, так что у меня появилась возможность ей помочь. — Пиа помедлила.

 — Это имеет какое-нибудь отношение к убийству? Может, мне следовало позвонить и рассказать об этом?

Она выглядела расстроенной, и Мартин поспешил успокоить ее. По какой-то причине Мартину очень не хотелось, чтобы у Пиа остались неприятные воспоминания об их встрече.

— Да нет, откуда ты могла знать. Но хорошо, что ты это сейчас мне рассказала.

Они продолжили обед и еще около часа говорили о более приятных вещах, и этот час пролетел как одна минута.