Прорвемся, опера!

"Прорвёмся, опера!

Глава 1

Я нажал на кнопку звонка. Тот приглушенным трезвоном отозвался за серой дверью из толстенного листа стали. Утыканная многочисленными клёпками и с бронированным окошком-глазком, дверь преградила мне дорогу в подвальное помещение. Через несколько секунд глазок перечеркнула тень.

— Дежурный, открой, — приказал я. — Хочу с ним поговорить.

Конечно, меня почти не слышно, но мои жесты красноречивее слов. И через крошечное окошко меня сразу узнали.

Из-за двери раздалось что-то, что можно понять как:

— Слушаюсь, товарищ полковник!

Доставленный сегодня в ИВС человек — настоящая местная легенда, герой многочисленных криминальных хроник и главарь «Орловских».

Не просто группировки, а самой знаменитой ОПГ, которая действовала в нашем Верхнереченске ещё с середины 90-х. Тот самый Орлов, с которого и началась их банда. Долго он от нас скрывался, но всё когда-нибудь кончается.

— О, давно не виделись, полковник, — Орлов поднял голову, когда я вошёл в комнату для допросов изолятора УВД.

— А ты постарел… Надо же, не думал, что так все сложится. Эх… Сколько воды утекло, помнишь? Ты же с самого начала меня пас…. С самых первых дней за мной охотился. И вот я здесь. Доволен?..

Он поднялся, придерживая штаны, чтобы не слетели, потому что ремень, шнурки и галстук у задержанного изъяли, как и положено по инструкции. Идеально выглаженные брюки были ещё в пятнах от растаявшего снега, одна штанина сильно завернулась. Немного потрепали его, когда крепили.

— Ты сам тогда выбрал путь, — я сел на приваренный к полу стул, холодный и твёрдый, как моя жизнь. — Всё могло быть иначе… И стоило оно того? Знаешь, давно хотел спросить… Как ты вообще с кодлой этой блатной связался? Ты же военный, офицер, Чечню прошёл.

Тот ухмыльнулся, но без задора, почти печально.

— Ох, вспомнил… Офицер… Когда это было? Я пацанов хотел тогда своих спасти, — он похлопал себя по карманам, ища сигареты, но, естественно, ничего не нашёл. — Сам же помнишь, как всё обернулось на гражданке… Эти твари жизни им не давали.

И никто им не помогал, всем было пофиг, а мне нет.

— Правильный, значит, ты у нас… — кивнул я, словно соглашаясь. — Ну и как? Помог в итоге-то? Кто из них сейчас живым остался? Из пацанов этих? Молчишь? Нет никого… За тобой в девяностых пошли и сгинули.

— А, не напоминай, времена лихие были, — Орлов поморщился. — Полковник, я вот не пойму, для чего ты…

Но я перебил его и не дал договорить.