А копии направили председателю правительства, генпрокурору и главе налоговой службы. Но до адресатов все эти важные сведения «почему-то» не дошли. Бумаги изъяли в почтовом отделении сотрудники полковника Ремизова. А самих «жалобщиков», чтобы не доставляли в дальнейшем хлопот и неприятностей могущественным нефтяным фирмам, просто уничтожили. Избавились от них навсегда.
– Ну, Иван, не устаю на вас удивляться! А если откровеннее, я просто поражен. Откуда такие точные сведения? Да вы тут сами проделали огромную работу, можно сказать, прямо в руки мне отдаете всю эту гоп-компанию тепленькими!
– Ой, Александр Борисович, тут еще работать и работать! Не представляете, какую конспирацию приходится соблюдать.
Я ведь вас сюда пригласил не только потому, что прослушки опасаюсь. Дело в том, что работу эту я проводил, естественно, втайне от всех должностных лиц. Знаете, что творится в нашей нефтяной столице? Все местные чины связаны круговой порукой – и местные прокурорские, и милицейские, и даже фээсбэшные.
Нити этой круговой поруки уходят высоко наверх, то есть в краевой центр и в Москву. И никому из них даже помыслить нельзя было доверить тайну моего расследования. Мне тоже жить, кстати, хочется. А вот вы, Александр Борисович, человек другой закваски, только с вами я могу быть откровенен.
– Да откуда же, уважаемый майор, у вас такая уверенность? – усмехнулся Турецкий.
– Слухи о вашей честности и неподкупности я получил от верных людей из столицы.
– Польщен, не скрою. Тогда, раз уж ко мне такое доверие, раскройте мне тайну: как вам удалось собрать такую опасную информацию, которая откровенно угрожает вашей жизни?
– Внедрил своего человека, приблизил его прямо к самому черту.
Как вы уже догадываетесь, вероятно, имею в виду бывшего полковника КГБ, а ныне главу службы безопасности компании «Интернефть» Антона Павловича Певцева. Он бог и царь в Нефтегорске, всех знает, все может и абсолютно безнаказан.
– Так уж он всемогущ? Вы не преувеличиваете? – Турецкий недоверчиво прищурился.
– Всегда выходит сухим из воды после всех своих грязных преступлений. Я ведь его знаю как облупленного. Мы когда-то даже дружили. Полковник звал меня по дружбе к себе в службу безопасности, сулил большие деньги – фирма одна из самых богатых в стране. Но я отказался.
– А что так?"
"– Да началось с личного, как у французов говорят: ищите женщину. Моя Оля сначала Антону симпатизировала. А я надежды не терял, нравилась она мне очень.
