Прости и спаси

Заставляю себя шевелиться и быстро идти за Александром, потому что я не хочу столкнуться с очередным всплеском агрессии.

Пока оң ведет меня наверх, я смотрю на его расцарапанные руки и уже сомневаюсь, что их поцарапал кот. Господи, почему выбор этого психа пал на меня?! За что мне это все?! Что я сделала неправильно?!

— Это наша спальня, — от слова «наша» бросает в холодный пот, оно вызывает отторжение. — Нравится? — он наконец отпускает мою вспотевшую ладонь и разводит руками, демонстрируя мне большую комнату с большой кроватью накрытой белым покрывалом.

Осматриваюсь, замечая, что здесь тоже белые потолки и стены, а окно так же плотно закрыто шторой. Комната похожа на больницу, на психиатрическую лечебницу, не хватает только мягких стен.

— Я понимаю, что у тебя много вопросов, но у нас вся жизнь впереди. Хотя я очень зол, на тебя, моя девочка, — его настроение опять меняется, очередной всплеск тихой злости, холодный тон и прищуренные глаза. — Ты вновь сошлась мужем, пряталась от меня за его спиной.

И я жду твоих извинений. Довольно неприятно смотреть, когда моя женщина с чужим мужчиной, — вкрадчиво, почти шепотом, говорит он. — Подумай, как загладить вину, пока я приготовлю для нас ужин, — Саша подходит очень близко, вскидывает руку и я шарахаюсь от него, не зная, чего ожидать, но он ловит меня за волосы и больно их сжимает, подтягивая к себе. Дышу часто, морщась от боли в затылке, и пытаюсь сдержать слезы. — Не бойся меня, скоро ты поймешь, что нам суждено быть вместе. Хочу признаться, все это время я тоже тебе изменял — трахал шлюх. Но не переживай, я ничего не чувствовал. Они похожи ңа кусок мяса, на котором я оттачивал мастерство. С этого дня в моей жизни будешь только ты, — Саша резко отпускает меня и отходит к большому шкафу-купе, распахивая его. А там много женской одежды, самой разнообразной, разных цветов. — Это все тебе, — он открывает выдвижной шкафчик и демонстрирует мне нижнее белье. — Прими душ, надень что-нибудь из этого и спускайся вниз на наш первый ужин, — в его голосе появляются повелительные нотки, а на губах — пугающая маниакальная улыбка, заставляющая меня похолодеть.

Прохожу в ванную, хочу закрыться, но обнаруживаю, что на двери нет замка. То есть я не могу запереться и остаться одна. Не думаю, что этого психа остановит закрытая дверь, но мне необходима хотя бы иллюзия одиночества, чтобы собраться и найти выход. Включаю воду в душе, создавая шум, и сама осматриваю ванну.