Прости, я тебе изменил (СИ)

Ну еще бы! У него ведь такие же замашки ярого идеалиста.

Очевидно, этим наши сыновья пошли в Макара. Они видят, с какой ответственностью их отец относится не только к своей работе, но и к жизни в целом. Видят, мотают на ус и строго следуют его примеру.

— Мам, а можно я посплю сегодня с вами? — спросила Ариша, болтая за столом своими ножками.

— Конечно, солнышко, — кивнула я.

Макар неестественно прочистил горло, резко переставая жевать. А потом лягнул меня легонько в ногу, отчего я едва ли не хрюкнула.

Согласна.

— Ариша, ты уже большая девочка, чтобы ночевать с мамой и папой, — строго выдал Макар, пытаясь отстоять нашу территорию.

— Но Обеликс почему-то спит с вами в одной кровати. Ему уже сто лет! — нашла она к чему придраться.

— Дочур, ну он же кот, — иронично проговорил Макар. — И не сто ему лет, а всего лишь девятнадцать.

Стоило только произнести кличку кота — и пушистик тут как тут. Сразу принялся виться вокруг наших ног, выпрашивая вкусняшку со стола.

Обеликс хоть и долгожитель, но для своих лет весьма активный и здоровый кот.

— Только малявки спят с родителями, но ты же уверяешь нас в том, что ты уже не малявка, — резонно подметил Мирон с набитым ртом.

Несмотря на то, что дочка скуксилась, она с полной решительностью ответила:

— Не малявка. Мне пять лет! Это о-о-о-очень много!

Макар по-доброму усмехнулся и нажал пальцем на кончик ее носика.

— О-о-очень много, малышка, — повторил он, глядя на нее любящим папским взором и ее сердечко растаяло.

— Ладно, — тяжело вздохнула Ариша, прям как взрослая. — Буду спать у себя в комнате, я же большая девочка!

— Договорились, — сказал Макар. — Тогда с меня новая сказка перед сном.

— А про что? — с интересом спросила дочь.

Не задумываясь, Макар произнес:

— Про путешествия принцессы Ариши в стране Взросляндии.

— Ух ты! — протянула она вдохновенно, хлопая в ладоши.

Мы уже заканчивали с ужином, когда домой пришел Глеб.

— Всем привет... и приятного аппетита, — объявился он в столовой, прошел осторожно, словно не у себя дома.

"Нервный он уж больно был. Не знал, куда девать свои руки. То в карманы джинсов их запрячет, то подбородок почешет, то волосы на макушке потеребит.

— Давай мой руки и присаживайся за стол, сегодня твои любимые семга и салат, — сказала я, поднимаясь из-за стола, чтобы по-шустрому положить ему рыбу в тарелку.

— Класс, я жутко голоден, вот только.... — переминался он с ноги на ноги.