Прости меня (СИ)

Они не спят с одной девушкой. Им надо ещё кто-то.

Он так сильно меня сегодня разочаровал.

— Мы приехали, — говорит Гордей, чем возвращает меня в реальность.

Я открываю глаза, и осматриваю место приезда. Машина стоит возле входа в общежитие.

Делаю глубокий вдох, и поворачиваю лицо к Горскому.

— Спасибо за помощь, Гордей. Прошу тебя, никому не говори, что сегодня произошло. Не хочу, чтоб об этого все разговаривали.

— Хорошо. Рад, что ты вернулась к "Волкам".

Не знаю, как реагировать на его слова. Надо, что-то ответить, но я не нахожу сил.

Всё тело ноет и болит. Но ещё больше, болит душа и сердце. Особенно второе. Оно никак не хочет выгнать из себя чувства к Гордею Горскому.

Она скрывается за дверью очень быстро. Бежит от меня, как от прокаженного. Я настолько ей не приятен и омерзителен?

На самом деле, сам виноват.

Кидаюсь на неё, каждый раз, когда вижу. Я не могу по-другому. Я изголодался за её телом. За запахом. За касаниями. И дело даже не в сексе, который, безусловно, самый лучший в моей жизни.

А сегодня, стояло ей дотронуться до меня. Стоило её дыханию попасть на мою кожу, и всё, я слетел с катушек.

Даже когда я обрабатывал её раны, мог держаться. Хотя видел её оголённую ногу, бедро и даже трусики. Я держался. Просто старался не думать о её теле. Я думал о тех тварях, которые осмелились хотеть её обидеть. Я думал о том, что сделаю с каждым из них. Как они будут захлёбываться собственной кровью.

Я уже знаю, что он приставал к Наташе после игры. Как ни странно, Танька рассказала. Но то, что он хотел сделать сегодня, не лезет, ни в одни рамки.

Больно сжимаю кулаки. Они в небольших ранах, но я не чувствую физической боли. Больше не чувствую. С момента, как черри появилась в моей жизни, я чувствую только душевную боль. Точнее, после того как она исчезла из моей жизни.

Эта боль, как огромная дыра, которая образовалась внутри меня, и разрастается с каждым днём. Она душит меня и сводит с ума. Чувствую себя роботом, которому абсолютно плевать на всё, что происходит вокруг.

Вот и сейчас, до сих пор стою возле общаги и смотрю на окна её комнаты. В них давно уже загорелся свет. С момента, когда она убежала, я уже выкурил пол пачки сигарет.

Мои ноги готовы бежать к ней на четвертый этаж. Руки готовы обнимать и прижимать к себе.