Прости меня (СИ)

Мы не контролируем силу проникновение. Так же время когда это происходит. Мы даже себя не может контролировать рядом с человеком, которого мы любим.

Любовь равноценна ненависти. А так же равнодушию. Один может захлёбываться от собственных чувств. Другой же испытывать полнейшую пустоту. У первого полная чаша, и она выливается через края. У второго же, видно дно. Пустота. И она не заполняется ничем.

Любовь эта, в которой только и есть жизнь, проявляется в душе человека, как чуть заметный, нежный росток среди похожих на неё грубых ростков сорных трав, различных похотей человека, которые мы называем любовью.

Сначала людям и самому человеку кажется, что этот росток, — тот, из которого должно вырастать то дерево, в котором будут укрываться птицы. Люди даже предпочитают сначала ростки сорных трав, которые растут быстрее. А потом быстро разочароваться. И ищут новый. Но в числе этих ростков есть один настоящий, жизненный, называемый любовью. Не все находят его. Большинство пользуется сорняком, принимая его за любовь.

А что такое моя любовь? Она подобна сорняку, который я уже десятки раз пыталась спасти, но в конечном счёте, лишь уничтожала.

Пары проходят спокойно. Я пытаюсь сосредоточиться на учёбе, и не думать о Горском. Ключевое слово, пытаюсь. Потому что не думать о нём не могу. Я даже думаю о том, что мне стоит с ним поговорить. Рассказать правду, нельзя вот так поступать с человеком. Нельзя кричать ему в лицо, что ненавидишь, когда знаешь о его чувствах к тебе. Люди тем и отличаются от зверей, что умеют разговаривать.

В этот раз в кафе планирую сесть вместе со всеми, и попробовать вывести Гордея на разговор. Мы должны поговорить с глазу на глаз. Но, Гордея в кафе нет.

Он не появляется ни на второй день, ни на третий. Тренировки он тоже пропускает. А когда я наконец-то решаюсь позвонить ему, то телефон нещадно сообщает, что мой абонент в не зоне действия сети.

Так пролетает неделя.

В один из дней, я не выдерживаю и спрашиваю у его друзей.

— Макс, а где пропадает Горский?

— А тебе зачем? Мало ему проблем из-за тебя.

Ещё что-то хочешь подкинуть?

— О чём это ты? — непонимающе спрашиваю я.

— Багров, Малахов. Кого ещё ему избить из-за тебя?

— Заткнись, Максим. Дохуя пиздишь, — обрывает его Саня.

— Наташ, не обращай внимания. Он сегодня не стой ноги, встал. Гордей улетел в Лондон, к Матвею. К концу месяца вернётся.

Так долго? Почему он уехал?

Первое моё выступление в роли капитана "Волков" проходит без Горского. Оно проходит просто невероятно.