Прости меня (СИ)

— Наверное, с Никольским скрылась в какой-то кладовке, — выплёвываю я.

— Та не. Он как раз был весь вечер. Ещё и к нам подходил, девок снимал.

Меня обдает таким жаром. Словно я снова в машине. Словно мне сейчас делают, минет.

Но я не помню, кто это был! Не помню. Как больше не пытаюсь напрячь мозг, не получается.

Следующий день тупо сижу возле общаги. Не знаю, зачем это делаю. Но сижу. Даже Макса загоняю к консьержке узнать, выходила ли Краснова. Но та лишь подтвердила, что та сегодня не покидала общагу.

На следующий день снова приезжаю. Зачем? Наверное, я просто должен знать, сделает она это или нет.

И когда она уезжает на такси, еду следом за ней. Приезжает в клинику, где встречается с Катей. Они какое-то время сидят на лавочке, после идут в клинику.

Но резко она останавливается. Я почему-то даже дышать перестаю. Переживаю.

За эти дни я так и не решил, чего на самом деле хочу.

Мне почему-то так больно было думать о Наташе и аборте.

Не знаю почему. Просто не нахожу слов для этого.

Наташа достаёт пачку сигарет. Курит. Одна за другой. Она же беременная. Им нельзя курить. А она курит.

Докурив вторую сигарету, она скрывается с Катей за дверью. Я выскакиваю следом. Хожу туда-сюда возле машины. Курю сигареты, и даже врываюсь в клинику. Узнаю в регистратуре за неё.

Долгих пять секунд она клацает клавиатуру, и сообщает, что Наташу отправили на операцию. Выхожу с клиники. Сажусь в машину, и тупо жду её.

Но когда вижу её выходящую, всё во мне умирает.

Черри, зачем? Зачем ты сообщала, мне о своей беременности? Зачем мне? Если я не отец.

Что ты хотела этим доказать? Сделать больно? Добить? Сообщить, что у тебя был секс и с другими…

Абсурд! В этом нет смысла!

А потом сделать аборт…

— Гордей, блядь, в твоей квартире, когда последний раз убирали?

— Не пизди, Матвей. Я три месяца был за границей. Какая уборка?

— Та не, братан. Тут походу год не убирали. Вызовы клиринг, пусть наведут порядок. А то в отеле будем жить.

— Не ной, чистюля. Закажу тебе клиринг.

Завтра первый учебный день в универе. Мой последний год. И третий курс для Красновой. Сука, сколько времени прошло, а она до сих пор всплывает в моей голове.

Я уже её полгода не видел.

А всё равно вспоминаю.

После того случая в клинике. "Того случая". То есть аборта. Она как-то реже стала появляться мне на глаза. Началась сессия и она уехала на каникулы к семье. В двадцатых числах декабря её уже не было в столице. А вернулась она в конце января.