Прости меня (СИ)

Я просто расслабилась и не перестала себя контролировать.

Можно было бы подумать, что я изголодалась по сексу и ласкам. Но! Мне не хотелось этого, пока он не дотронулся ко мне. У него какое-то особое воздействие на меня. Я с ума с ним рядом схожу. Я так сильно скучаю по всему, что было. По нему особенно. Даже по его голосу.

Гордей скрывается за дверью ванной, а я, наконец-то, могу спокойно выдохнуть. Ведь пока он так смотрит на меня, я забываю о возможности дышать. Моя грудь поднимается, лёгкие раздувает, но вместо воздуха я втягиваю его аромат.

Анечка кушает жадно. Изголодалась после сна. Я же пытаюсь понять себя. Я рада, что он знает? Или же я в бешенстве? Странное сочетание, двух разных эмоций. Они полностью противоположны, но сейчас сочетаются во мне, как никогда.

В большей степени, я всё-таки рада. Ведь я мечтала о том, что у Ани будет любящий отец. Мне хотелось, чтобы она испытала те же детские эмоции, что и я в своё время. Например, как папа меня носил на плечах. Водил на футбол. Возил на конюшни и помогал держаться на лошади.

Есть много чего, что можно сделать только с папой. И я надеюсь, что Гордей им станет. Даже, если мы не будем вместе.

Гордей возвращается ещё до того, как я заканчиваю кормить. В дверь, снова стучат. Он открывает, и возвращается с двумя огромными букетами. Один настолько огромный, что Гордея за ним не видно. Второй, поменьше.

— Это двум очаровашкам, — он кладёт букеты на кровать. И они занимают почти всё пространство. Я таких огромных, никогда не видела, не то, что бы мне такие дарили.

— Спасибо, но не стояло так утруждать себя, — более-менее спокойным голосом говорю я. — Аня слишком маленькая, она ещё не понимает таких вещей.

— Пусть привыкает. Это только начало, — Гордей мило улыбается, пока смотрит на дочку. А у меня мурашки табуном по телу бегают. Это так приятно. Но, я не буду говорить ему об этом.

Достаю сосок с рта малышки, и снова прячу грудь.

— Извини, я не знал, что тебе можно, поэтому заказал всего и много.

— Я в еде не сильно разборчива. За старания, спасибо.

Мы садимся за небольшой стол. Я, как всегда, беру свой греческий салат и мясо. Годы идут, а я не меняю своих предпочтений в еде. Хотя, громко сказано, годы.

Анечка лежать на кровати не хочет, поэтому минут уже через пять, начинает плакать. Я встаю, и иду к ней.