Прости меня (СИ)

Это сильнее яда, который разъедает изнутри. Это сильнее огня, который обжигает кожу.

Она избавилась от всего, что ей напоминало обо мне. Футбол, команда "Волков", воспоминания.

Всё стёрто под чистую. И начато с чистого листа. Без меня.

После игры, толпа бежит к выходу. Словно там за дверью их ждёт поезд, и они опаздывают на него. Мы же Матвеем ждём, пока все выйдут. Наташу я потерял из виду, сразу после окончания игры.

Та и не стоит её искать. Пора уносить ноги, чтоб не натворить бед. Достаточно с меня сегодня антиэндорфина.

— Так, что черри, выйдешь замуж за меня? — сквозь шум окруживших нас людей слышу я. А потом и вижу. Наташа идёт в обнимку с тем самым парнем, с которым прыгнула тогда в воду в прямом эфире. Они улыбаются друг другу.

Выйдешь… Замуж… Черри… За меня…

Все эти слова в одном предложении не сочетаются. Оно собрано с кусков. И кажется, это куски моего сердца. Осколки.

Она улыбается ему и обвивает руки вокруг шеи. Выглядит это так интимно, что я просто перестаю дышать. Матвей замечает перемены во мне.

— Я подумаю Белов. Подумаю!

А когда она даёт ответ, я и вовсе пытаюсь уйти. Подальше от неё и того, что могу сделать с этим парнем. Но Матвей не пропускает, и не даёт мне даже пошевелиться. Он идёт к черри, и разговаривает с ней.

Он, блядь, с ней, разговаривает! После всего! Это, сука, реально происходит? Или я, блядь, с ума схожу?!

Но они и, правда, разговаривают. Причем очень спокойно с обеих сторон. Я не слышу их разговора. Не потому что они далеко.

Я тупо смотрю только на лицо Наташи. Особенно зациклено смотрю на губы. Как они шевелятся. Как она прикусывает нижнюю губу. Как губы растягиваются в улыбке.

Отворачиваюсь и просто смотрю в стену. Просто не хочу видеть, как она сейчас уйдёт, с этим Беловым.

— Брат! Ау! Ты здесь или опять в облаках летаешь?

Матвей щелкает пальцами перед моими глазами и лишь тогда, я возвращаюсь в реальность.

Поворачиваю лицо в ту сторону, где они только что стояли.

— Они ушли, — отвечает брат вслух за меня.

Мне не хочется сейчас ни с кем говорить. Не хочется спрашивать, о чём они говорили. Я не хочу ничего знать.

Всё! Надоело думать о ней и сходить с ума.

— Не стоит, — поднимаю руку вверх, останавливаю Матвея, когда он хочет мне что-то сказать. — Не интересно, брат. Молчи.

До машины шел на автомате. Никаких чувств. Никаких мыслей. Никаких желаний. Хотя нет. Достал пачку сигарет, подкурил.