— Мне вот интересно, — он сделал ещё пару шагов, оказываясь совсем близко. Непозволительно и опасно, — откуда такая смелость? М?
Она молчала. Насупив брови, смотрела на него снизу вверх. Пропихнула ком в горле и задрала голову. Опускать было нельзя. Настороженным взглядом коснулась заклеенной пластырем брови и ссадины в уголке полных губ. Задышала чаще...
— У тебя нет права так со мной обращаться, — произнесла сдавленно, отступая, и лопатками врезаясь в корпус автомобиля, — я не позволю тебе.
Будто бросала ему вызов.
А он не мог его не принять.
Почти прижал её своим телом к прохладному металлу и, нависая над девушкой, вкрадчиво спросил:
— Ты уверена?
Глава 20
Смелость? О смелости не шло никакой речи. Скорее — безрассудство.
А ведь в какой-то момент, она подумала, что это Егор. Что это Гордеев следует за ней по пятам. Пытается довести её до ручки. Причинить вред... да всё что угодно!
Но нет. Он здесь. И, судя по его побитому лицу, он был занят чем-то другим. А вовсе не её преследованием. Тогда кто это был?
Он нависал над ней, нарочно наводя на неё страх.
Чувствовал своё превосходство. Упивался им. Наслаждался каждым её вздрагиванием. Но... она была уверена, что сейчас он не посмеет ничего с ней сделать. Они не в доме. На улице есть как минимум две камеры. Со стороны её дома и со стороны его. Так что... он не рискнёт.
Набрав полные лёгкие воздуха, девушка задержала взгляд на его руке, которой он придерживал ремешок от сумки на своём плече. Костяшки были сбиты в кровь. Подсохшая корочка выглядела совсем свежей.
Дотронься до неё — и она начнёт кровоточить. Где он успевает?
Это не её дело...
Хотя, она бы с удовольствием взглянула на то, как ему чистят его самодовольную рожу.
— Отойди от меня, Егор, — прошептала на выдохе. Путалась в собственных мыслях, не зная, что сейчас беспокоит её больше: Гордеев в полуметре от неё? Или то, что кто-то получасом ранее напугал её до чёртиков? — И держись от меня подальше.
— Боюсь тебя разочаровать, Даниэла, — его рука поднялась и застыла в воздухе напротив лица Дани.
Пальцы слегка подрагивали, будто всё ещё сомневались в принятии решения, — но мне слишком понравилось тебя трахать, — указательным пальцем обвёл линию её острого подбородка, запуская вереницу мурашек по её шее.
— Если ты ещё хоть раз сделаешь это... — задохнулась от лёгкого прикосновения. Задрожала, тут же окунаясь в тот вечер, — я расскажу твоему отцу. Уверена, что ему будет интересно, чем ты меня шантажируешь...
На этот раз замер он.
