Просто друзья

Радость и благодарность.

Он быстро идет к моей машине, на ходу надевая синий шлем. И теперь со стороны кажется, что он – это я.

Смотрю вправо уже в машине, Марат рассматривает каждую деталь на приборной панели. Хочется ухмыльнутся, какие же мы придурки.

Слышу слова Кощея. Все машины на старте.

Жму на газ, слышен рев мотора. Он неродной мне. Вижу свою малышку. Она вырывается вперед. Даже удивился. Думал, первая стартанет МакЛарен. Но нет, Марат сумел с первой секунды вырваться. Едут они ровно. Я третий. Отдавая свое место Марату, я понимал, что первым уже не буду.

МакЛарен резвая, не дает прорваться. Не открывается. Блондин уверенно ведет машину. Марат идет практически колесо в колесо. Но сейчас это очень опасно. Риск граничит с безумством. Понимаю его состояние, когда хочется вырвать победу когтями.

На первом повороте заносит обоих. Хочется ругаться. Я плетусь следом. И хочется выжать максимум, но не выходит. Словно не хватает мощности.

Скорость бешеная, что становится страшно. Сейчас любое резкое торможение или неправильное вхождение в поворот и – краш. Страшно.

Я вижу свой сон наяву. Только там я был один, а здесь нет. Там, в той машине, друг. Они словно сошли с ума, соперники, которые не видят грань. Сейчас дорога прямая. Она освещена закатным солнцем. Во сне было темно. Но это не дает спокойствия. Наоборот, с каждым оборотом двигателя нарастает страх и беспокойство, что сейчас, в эту самую секунду, произойдет страшное.

Марат оторвался от МакЛарена. Теперь он снова лидирует. Гонка зверская. Они стали двумя хищниками, дерутся за пропитание. В нашем случае – первое место и есть самое необходимое в жизни. Глупые. Самое важное – жизнь.

Между нами около трехсот метров. Они ни о чем, когда скорость максимальная. И я вижу как на следующем повороте синий Ягуар заносит, а потом разворачивает в обратном направлении, жестко цепляя оранжевый МакЛарен до противного скрежета металла.

Огонь отражается в моих глазах. Запечатывает картинку в голове. Навсегда. Я боюсь дышать, сделать вдох невозможно. Потому что меня сковали железными тисками. Сильнее и сильнее давят, пытаясь сломать, раздавить. Эта боль не физическая. Тела я не чувствую.

Останавливаю машину. Действия обыденные, я привык к ним и не задумываюсь. Все на автомате.