Просто Маса

Длинный сверкающий «кадиллак» приветственно гуднул и тоже открыл лаковую дверцу. В первый миг Маса удивился, но увидел знак «Хиномару-гуми» и обреченно вздохнул.

Хождение по мукам продолжается. Сейчас повезут к Сандаймэ Тадаки, которому тоже что-то от меня нужно. Вернее, от атамана Семёнова.

Но Маса ошибся. Ехать к Сандаймэ не пришлось, потому что из машины вылез сам оябун, собственной персоной. Сегодня он был торжественный — в парадном кимоно и хаори с гербами. Почтительно поклонился.

— Я жду вас, сенсей.

— Как вы меня нашли?

— Господин майор, — коротко ответил благородный разбойник.

И прибавил: — Он сказал, что ждет вас, но согласился подождать еще, когда я объяснил ему, в чем дело.

— А в чем дело? — спросил Маса, не ожидая ничего хорошего.

— Вас желает видеть великий человек Сам Курано-сенсей. Я был у него, рассказал о последних событиях, и сенсей сказал: «Приведи ко мне Сибату-сан». Это большая редкость и огромная честь! Учитель очень стар и живет отшельником за городом, в Сибуя. Он давно отошел от дел.

.. Почти, — подумав, присовокупил Сандаймэ.

«Сначала на меня захотел посмотреть большой человек, потом очень большой, а теперь еще и великий. Я всегда знал, что я интересная личность, но не предполагал, до какой степени», — горько подумал Маса.

— Прошу вас, сенсей. Садитесь и едем.

Кажется, оябуну не приходило в голову, что от такого приглашения можно отказаться.

Теперь еще и святой отшельник расскажет, чем ему так важен атаман Семёнов. Ну, поедем, послушаем. Деваться некуда. Отказ был бы страшным оскорблением, а страшно оскорблять главу клана якудзы никому не рекомендуется.

В тихий пригород Сибуя они ехали долго, потому что автомобиль оябуна, в отличие от партийного лимузина, двигался в потоке очень вежливо, рикш и велосипедистов клаксоном не расшугивал. По дороге Сандаймэ говорил о Курано. Имя сенсея никогда не упоминается в газетах, обычные люди о нем даже не слышали, он подобен бесплотной тени, но при этом много лет занимает совершенно исключительное положение.

— Кокутай держится на нескольких опорах, — объяснял оябун.

— Его позвоночник — государственные структуры, такой коллективный майор Баба. Его мозг — политики вроде барона Танаки, у которого вы только что были. Его кровоток обеспечивают промышленные и финансовые концерны. А объединяет и координирует эти очень разные компоненты национальный японский дух Кокусуй. Его хранителем и живым воплощением является Курано-сенсей. Вот какой это человек! Все, кому положено, его знают.