Просто Маса

Я не понимаю... — Голос у нее был тихий, растерянный. — Ты второй раз меня спас. Уже всё зная. Они думали, что ты мертв. Застрелили бы меня и ушли. Зачем ты рисковал? Почему? Я не понимаю. Совсем...

Он больше на нее не злился. Что взять с инвалидки? Терпеливо объяснил:

— У людей так принято. Когда кого-то любишь — спасаешь. Даже если тебя не любят... Ладно. Живи, как тебе живется. Прощай.

— Постой! — повторила Мари и вдруг заплакала. Это было странно, потому что кицунэ никогда не плачут, у них ведь нет сердца.

— Ты еще не всё знаешь. Когда узнаешь, совсем меня возненавидишь... Не надо тебе это рассказывать... Зачем? Но я все-таки расскажу... Возненавидишь — и пускай...

Понять, что она лепечет, было невозможно.

— Чего я не знаю? Что ты хочешь мне рассказать?

Набрав полную грудь воздуха, Мари выпалила:

— Я знала, что Тадаки собирается тебя убить. С позавчерашнего дня знала. И ничего тебе не сказала. Решила: украду золото, и он мне больше будет не нужен. Даже лучше если он исчезнет. Не станет предъявлять претензий.

Маса ошеломленно на нее уставился.

— Я следила за тобой. Всё время, с первого дня, — говорила Мари, опустив голову. — Ты этого не замечал.

Я хорошо умею быть невидимой. И у меня очень быстрый велосипед. На городских улицах автомобилю от меня не оторваться. Я отстала от черного «отомо», который мчался с большой скоростью, но я догадалась, куда он едет. Там на номерном знаке было написано «ПДКП». Твоей беседы с Танакой, я, конечно, подслушать не могла. Иное дело — вилла в Сибуя, где ты разговаривал со стариком Курано.

Я перелезла через стену, спряталась среди мхов и услышала больше, чем ты.

— Как это — больше? — спросил Маса, всё больше поражаясь.

— Ты ушел оттуда, а я осталась. Потому что на веранде появился Сандаймэ Тадаки. Старик сразу проснулся. Может, он и не спал, а прикидывался. Поднял глаза, говорит: «Ты должен убить Сибату». Якудза оторопел. Зачем, спрашивает, почему? «Он очень силен и очень опасен». Сандаймэ говорит: «Я не хочу убивать Сибату-сан, он достойный человек.

Если он затаил зло против семьи Тадаки за своего отца, я готов принести ему извинения!» Якудза очень не хотел тебя убивать. Но Курано сказал «Этот человек представляет собой угрозу для Японии. Ты меня знаешь, я зря такого говорить не стану. А кроме того я твой ондзин, и ты сделаешь так, как я велю. Иначе ты человек без стыда и чести». Тогда Сандаймэ склонил голову и попросил позволения убить тебя благородно, мечом. Но старик отказал.