— Да, и личный вопрос: отца моего есть кому передоверить? А то ведь утверждают, что, кроме вас, никто не справится.
— Есть, — заверил Больших, — у нас хорошие врачи. Самое главное для него сейчас — это уход, приготовьтесь к долгой реабилитации, физиотерапия, специальные упражнения. Рука будет работать.
— Спасибо вам за него большое, — очень проникновенно поблагодарил чиновник. — Вам позвонит мой секретарь, вечером, передаст список необходимых документов. Завтра придете в министерство оформляться.
— Что, вот так сразу? — не выходя из легкого шока, недоверчиво спросил Больших.
— Мы не Госдума и не та контора, чтобы тянуть с решениями и делами! — отрезал замминистра совершенно министерским тоном и, попрощавшись, вышел за дверь, оставив Степана в полной растерянности осмысливать, на что он сейчас подписался.
К переменам в карьере мужа Надежда отнеслась довольно равнодушно, поздравила без особых эмоций — для нее его новая работа ничего не меняла, как пропадал Степан сутками на работе, так и дальше собирается пропадать, только теперь отсутствовать он будет гораздо более продолжительное время.
Она давно уже равнодушно относилась к его делам.
А он с молодым энтузиазмом ухнул в учебу, тренинги, занятия, неделями не вылезал с полигона, где проходили учения, приближенные к реальным условиям на месте катастроф.
Помолодел. Загорелся новизной, впитывал знания с такой внутренней радостью, о которой давно забыл.
С тщательно скрываемым страхом и мандражом вылетал в первую действительно серьезную экспедицию, в качестве руководителя медицинской бригады, на наводнение в Индонезию.
Не без ляпов мелких, но справился! И ребята у него в бригаде замечательные, сам отбирал, присматривался к людям — работать же вместе, а специалисты каждый, как редкие бриллианты — на подбор!
Не все так просто и не в один день, ему приходилось не только лечить и спасать, но и решать множество организационных вопросов, руководить людьми, вырабатывать вместе с руководителем всей эмчеэсовской команды стратегию проведения спасательных операций, учиться работать большим коллективом — слаженно, до миллиметра и секунд времени.
Он уставал как черт, голова работала на пределе от усвоения новой информации, а тело ныло от физических нагрузок, но он засыпал радостным и просыпался радостным.
