– У него аллергия, как у водителя, в чью машину я и села вместе с Барсиком! Он сразу начал задыхаться, вот и въехал в ларек!
– Спасибо на добром слове! Я же говорю – аллергия у меня! – Слезящимися глазами Андрей посмотрел на них.
– Почему там такая грязь? – спросил Максим. – Вы не желаете поговорить с защитниками животных?
– Желаю ли я? Это за то, что я в нерабочий день, с приступом аллергии, вернул вам вашего кота?! Вот она – людская благодарность!
– Нам не в чем его нести, – вмешалась Белла.
– Забирайте вместе с клеткой! И нечего животных терять, чтобы потом они тут сидели… на чужом обеспечении.
А еще и критиковать нас при этом наглость имеете! – нервно сказал ветеринар.
Максим вручил ему еще пять тысяч и взял клетку с Барсиком:
– Этого хватит? За клетку?
– Вполне.
– К вам привезли целую машину с собаками. Надеюсь, что их не к кошкам посадят? Зачем вам отловленные собаки? – вдруг спросила Мирабелла.
Андрей даже чихать перестал.
– А вам‑то какое дело?! Мы выполняем возложенные на нас функции! Прививаем бездомных собак, стерилизуем их!
– А потом куда их? – не унималась она, расхрабрившись в присутствии Максима.
– Отпускаем на волю, – ответил Андрей, не моргнув глазом.
Максим взял ее за локоть и вывел из кабинета, а затем и из ветлечебницы.
– Мы так просто уйдем? – спросила Мирабелла.
– Иди и не оборачивайся! – сквозь зубы ответил ей Максим.
Они завернули за угол и, пройдя метров двадцать, столкнулись лоб в лоб с Геннадием.
– А ты‑то сюда зачем явился?
– Соскучился. У меня что‑то на сердце неспокойно.
– Не зря ты волновался, – сказал Макс.
– А что такое?
– Гена, если ты мне доверяешь, вызывай своих ребят… Здесь что‑то не в порядке, в этой ветеринарке.
– Вот и я тоже так думаю! – горячо поддержала его Мирабелла и уточнила: – А каких ребят?
– ОМОН, спецназ… Я не знаю.
– Максим, что же там такое? – забеспокоился Гена.
– Нет времени объяснять, вызывай! А я вернусь и прослежу за ними.
Гена внимательно посмотрел на Максима:
– Я к машине вернусь. Там мой телефон.
– И Мирабеллу забери с собой.
И тут до их ушей донесся душераздирающий визг животного. Мирабелла похолодела с головы до ног. Словно с живого зверя снимают шкуру!
– Господи… что это?! – ахнула она.
Резкий хлопающий звук прервал этот мучительный вопль, и тут же вновь кто‑то завизжал.
– Они расстреливают собак, – выдохнул Максим, побелев, как простыня. – Гена, скорее!"
"– Пока я ребятам позвоню, они уже их всех перестреляют, – ошарашенно посмотрел на него друг.
